Перейти на главную страницу

геокультурная навигация
обновлено 8.12.2019

Расширенный поиск

 экспорт: новости // афиша
 

Арт-процесс


Арт-процесс :: Параллельные миры

"Россия 2" открывается
14 января 2005

18 января в Центральном доме художника открылась выставка Галереи Марата Гельмана "Россия 2", дав старт одноименному масштабному проекту, цель которого – создать культурную систему, параллельную официозной, собрав творческих людей на рабочей художественной площадке, находящейся в свободном доступе. Проект объединяет литературные, художественные, акционистские и другие инициативы в форматах интернет-портала, выставки, литературных сборников, встреч, перформансов. // полностью...









Иосиф Бакштейн: "Мы слишком привыкли к ситуации невостребованности"

Иосиф Бакштейн, куратор-координатор I Московской биеннале современного искусства
Россия в преддверии биеннале // Журнал-каталог "России 2"

24.01.2005

Как, на Ваш взгляд, проведение биеннале отразится на российской художественной ситуации?

И. Бакштейн:

Крупные художественные события способствуют структурированию художественной среды. Если мы сравним опыт проведения биеннале в развитых западных странах, то увидим, что биеннале обычно проводится не в столицах, а, например, в Лионе или Ливерпуле. В Нью-Йорке или Париже в биеннале нет необходимости в силу интенсивности и налаженности повседневного художественного процесса. Не принижая российского искусства, надо признать, что у нас стройная художественная инфраструктура так и не сформировалась. Биеннале, будучи масштабной международной и, что очень важно, регулярной выставкой, может помочь ее наладить.

В чем проявляется слабость нашей системы искусства?

В нечеткости и смещении функций ее участников, например. Некоторые ступени художественного процесса выпадают, другие дисфункционируют. Так, музеефикация должна знаменовать попадание художника в историю искусства своего времени; это построение исторической, а не сиюминутной иерархии. В последнее время наши музеи продвинулись в экспонировании современных авторов, но в их числе много проходных фигур, в силу тех или иных причин искусственно перешагнувших этапы, которые должны предшествовать попаданию в музей. Кстати, питерские музеи находятся в привилегированном положении по сравнению с московскими, испытывающими большее давление разных вне-художественных (финансы, связи и пр.) факторов.

В отсутствии осознанной, выстроенной выставочной музейной политики и – возьмем шире – системы построения иерархии искусства, роль эксперта закрепляется за Западом. Родченко, Кабаков получили признание "там", а не у нас; уйдя из России "одними из", вернулись гениями. Нам надо включаться в западную и одновременно выстраивать свою систему оценки искусства.

Слабость и в отсутствии некоммерческой системы поддержки искусства. Не зря на Западе почти все художники имеют "вторую" работу: художник не должен зарабатывать деньги своим творчеством, иначе он будет вынужден "идти в массы". Специфика искусства изобразительного – и в этом его отличие от других видов искусств – театра, кино, музыки, литературы, – в том, что мы имеем дело с уникальным, не тиражируемым продуктом. Можно оспаривать это утверждение, но я придерживаюсь того мнения, что изобразительное творчество отстаивает свою элитарность и некоммерческое начало.

А как же идеи Беньямина?...

Со времени появления средств технической воспроизводимости искусство занято борьбой с ними с помощью разного рода защит. Художники и фотографы подписывают и нумеруют произведения, ограничивая этим тиражи; в случае редимейда такой отстройкой служит опять же подпись художника или перемещение предмета в музейный контекст. Все это позволяет искусству сохранять дистанцию по отношению к массовой воспроизводимости.

Возвращаясь к вопросу о слабостях отечественной системы: важный для изобразительного искусства, – поскольку оно, как мы только что говорили, базируется на некоммерческой основе, – механизм поддержки (гранты, фонды, программы и пр.) у нас не построен.

Какие "козыри" может предъявить российское искусство на биеннале?

В первую очередь – молодых художников, которых мы отобрали для участия в центральном кураторском проекте. Помимо этого проекта мы старались избегать тенденциозного отбора и не определяли конкретные направления или художников, "достойных" представлять Россию. Наоборот, хотелось дать возможность показать в рамках одной из двух программ биеннале – специальные проекты или в параллельной программе – широкий спектр российского искусства.

Красный "фирменный" цвет биеннале, "красная линия" выставочных площадок ("по ленинским местам") – Музей Ленина, Воробьевы / Ленинские горы, Музей Революции и так далее – это намеренная апелляция к российской истории и символике?

Нельзя назвать это намеренным выбором – так сложилось. Возможно, просто потому, что очень много мест в Москве так или иначе связано с Лениным. Вот пример: мы с художником Константином Лузером должны были выбрать специфическую площадку для показа его видеоработы, – а на биеннале вообще будет очень много видео-произведений, – нужна была большой площади стена здания, лишенная подсветки в вечернее время. Он поездил по городу и сообщил, что ему идеально подходит стена в центре города, над которой установлена надпись Samsung. Я не сразу понял, что он имеет в виду, пока, проезжая на машине, не обратил внимание на именно такое здание с этой надписью, – оказалось, стена Библиотеки им. Ленина.

Вы упомянули, что весьма значительную часть экспозиции биеннале составят видео-произведения. Как это вписывается в теорию противостояния искусства тиражированию?

А что есть видео-инсталляция как не борьба с тиражом? Видео можно размножить, тогда как видео-инсталляция прекращает свое существование с окончанием работы выставки. Она уникальна, она может быть воссоздана, но неминуемо с изменениями. Так что никакого противоречия.

С какими неожиданностями Вы столкнулись во время подготовки проекта?

С тем, что, как ни странно, у нас не так много качественных произведений. Много интересных художников, у которых много интересных идей, но идеи получают некачественное воплощение. Мы слишком привыкли к ситуации невостребованности. И если она меняется на востребованность – появляется спрос, – мы обнаруживаем, что, к собственному удивлению, не способны его удовлетворить.

Своевременна ли биеннале именно сейчас? Не опоздали ли мы с такой выставкой или, может быть, торопимся?

История ведь не знает сослагательного наклонения и нет смысла рассуждать, была бы биеннале более уместна 5 лет назад. То, что она проводится именно сейчас, обусловлено, и это очевидно, не только художественной, но и "политической" ситуацией – проект поддержало государство в лице Министра культуры, ныне председателя Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаила Швыдкого. Раньше государство не было замечено в масштабной поддержке актуального искусства, а теперь, как видим, взяло на себя определенный риск, ответственность, расходы. Чтобы осуществить такой крупный проект, нельзя было выжидать и дискутировать, оставляя в воздухе эту инициативу, надо было браться за ее реализацию с полной верой в то, что проект должен и может состояться. Думаю, что в наш – организаторов – адрес будет много критики. Но мы рассчитываем, что резонанс и польза тоже будут немалые.






Материалы по теме:

14.02.2005 Терарт?



Ссылки:












    Неформат
    Картотека GiF.Ru
    Russian Art Gazette

    Азбука GiF.Ru









 



Copyright © 2000-2015 GiF.Ru
Сопровождение  NOC Service








  Rambler's Top100 Яндекс цитирования