первая страница города
вернуться на первую страницу
Искусство России

карта сайта


Нажать

Мир без политики



Астрахань   Владивосток   Воронеж   Екатеринбург   Иваново   Ижевск   Калининград   Кемерово   Комсомольск-на-Амуре   Кострома   Краснодар   Красноярск   Курган   Липецк   Москва   Муром   Нижний Новгород   Нижний Тагил   Новосибирск   Пермь   Самара   Санкт-Петербург   Сургут   Тверь   Тольятти   Томск   Тюмень   Ульяновск   Уфа   Хабаровск   Чебоксары   Челябинск   Ярославль   Рунет   Заграница  



 




тексты >> краеведение
Воронеж




  Воронежский воздух разбавлен парижским  

Дмитрий Кузьмин

Изначально образ молодого, инновативного искусства применительно к Воронежу был у меня связан с литературой: в последнее время поговаривают уже о воронежской поэтической школе (особенно после того, как сразу два поэта оттуда - Елена Фанайлова и Александр Анашевич - вошли в шорт-лист премии Андрея Белого за 1999 год, став в этом почетном списке единственными представителями русской провинции). В целом я не обманулся, что с одной стороны приятно, а с другой - немного жаль (поскольку серьезных открытий в других видах искусства я для себя не сделал - впрочем, это как бы и не моя компетенция).

В литературной программе фестиваля как раз два наиболее известных профессионалам автора - помянутые Фанайлова и Анашевич - не выступали: первая - по причине затяжной командировки в Москву, второй - по причине ложной скромности (поскольку - под своим настоящим именем - являлся региональным куратором фестиваля). Тем ярче прозвучали голоса более младших (слегка за 20) представителей этого же круга - Константина Рубахина и Романа Карнизова (оба пока больше представлены в Интернете, чем в бумажных изданиях, хотя первая публикация Карнизова - довольно большая поэма по мотивам чеченской войны - стала, пожалуй, центральным событием в появившемся весной 6-м выпуске альманаха "Вавилон"). Рубахин усвоил разработанную Анашевичем (опиравшимся, в свою очередь, на широкий, хотя и довольно своеобразный круг предшественников - от Вертинского и Кавафиса до Александра Ильянена) несколько манерную театральность, интонации слегка удивляющегося самому себе Пьеро, который между тем хоть и дитя сцены, но хорошо видит и знает изнанку жизни, ее дно. Однако в отличие от несколько заторможенного, вялотекущего лирического субъекта Анашевича, занятого вполне абстрактными медитациями на темы любви ко всем людям (впрочем, называемым, с особым странным наслаждением, поименно), - в стихах Рубахина нам неожиданно предстает Пьеро с сотовым телефоном, подвизающийся в области public relations (рубахинский мобильник таки звонил во время его выступления, - однако, кажется, здесь нет аберрации восприятия: в самих стихах тоже присутствует этот момент пребывания как бы на переднем крае жизни, в самой ее гуще), Пьеро, не лишенный брутальности, подчас удачливый, хотя и сохраняющий постоянную нотку удивления: что это тут со мной такое творится? Карнизов куда сдержаннее, ему не свойственно никакое кокетство (что, в смысле зрелищности выступления, может быть, и жаль: артистичный Рубахин, помахивающий заложенной за ногу ногой и неизменно улыбающийся каждой своей последней строчке, "вытягивал" при чтении даже не самые удачные тексты, тогда как сосредоточенно и монотонно проговаривавший текст Карнизов явно проигрывал в глазах публики). Стихи его гораздо безличнее, чем у Анашевича и Рубахина, с некоторой наклонностью к натурализму (что легко объяснить, если знать, что автор учится в Медицинской академии, - кстати сказать, тут мне импонирует еще и внутренняя честность, побуждающая писать прежде всего на том материале, с которым сталкиваешься в своей повседневной жизни, а не на каком-то выдуманном или вычитанном). С Анашевичем тексты Карнизова роднит некоторая сомнамбуличность, приближающаяся, однако, к мрачному кошмару (вот где скорее бы пригодились ассоциации с Филоновым, навеянные Анашевичем рецензенту журнала "Новая русская книга").

Другой "фланг" воронежской поэзии был представлен Альбиной Синёвой и Анной Поповой, развивающими типично русский канон женской поэзии. Синёва работает в этом направлении весьма уверенно, выпустила, как и Анашевич, две книжки, в которых можно найти любопытные повороты, скажем, темы материнства. В представленных на вечере стихах последнего времени заметен определенный перелом - особенно это касается большого текста "Укрощение вещи", в котором прежде характерная для Синёвой тема дома, домашности, быта, не гнетущего, а, напротив, имеющего прямой выход в лирику и романтику, сталкивается с идущей от Бродского метафизикой вещи как изначально чуждого, независимого от человека начала. Все это достаточно любопытно, по крайней мере в перспективе. Стихи Поповой сильно попроще, и, к сожалению, сколько-нибудь существенного прогресса за последние годы (в первый раз я слышал ее в 1996 г. на Совещании молодых писателей в Ярославле) усмотреть не удалось; отчасти это, боюсь, связано с тем, что именно Попову (и только ее) в качестве молодого автора опекает местный Союз писателей.

Особняком стояли еще два выступления. Поэт Александр Романовский - достаточно сложившийся автор, относительно традиционный, с крепкой стихотворной техникой и небезынтересной сумрачной, стоической, несколько петербургской интонацией; надеюсь, что будет возможность еще прочесть его тексты глазами, - не исключено, что здесь есть определенное будущее. Лилия Гущина, автор предыдущего поколения (между 30 и 40), представила не стихи, а прозу: предлинный отрывок из книги "Молодой человек, пригласите танцевать", которую сейчас пишет по заказу московского издательства "ОЛМА-Пресс" (печально знаменитого чудовищной антологией русской поэзии XX века под редакцией профессора Литинститута Кострова, а вообще славящегося своими дамскими романами); письмо у Гущиной, конечно, вполне профессиональное, но воспроизводит оно целиком и полностью манеру и проблематику Марии Арбатовой; зачем это нужно - непонятно.
Страшно жаль, что так и не выбрался на фестиваль еще один поэт, Андрей Сен-Сеньков, обитающий в городке Борисоглебске Воронежской области, - его верлибрические миниатюры и особенно работы в области визуальной поэзии в значительной мере уникальны не только для России, но и для всей нашей литературной традиции.

Что касается других видов программы, то судить о них я могу только с серьезными оговорками, не считая себя достаточно компетентным ни в театре (хотя со своей, литературной колокольни мне показался довольно занимательным моноспектакль Натальи Когут по чеховской "Чайке", - о чем я и написал для сетевого проекта "Литературный дневник"), ни в кинематографе (короткометражка Сергея Лялина "Ужин при свечах" представляется мне пригодной только для студенческого капустника во ВГИКе: коротко говоря, девица-сексманьяк пытается зарезать юношу, а тот прикидывается вампиром - клин клином вышибают, - и достигает успеха: в последних кадрах девица уже с бархоткой на шее и двусмысленно улыбается следующему юноше; все это снято на любительском видео, смотреть, по-моему, невозможно). Об изобразительном искусстве и музыке скажу чуть больше.

Наиболее, наверно, известные в столице воронежские художники - Александр Ножкин и Сергей Горшков (оформившие, например, знаменитый среди московской богемы клуб "Петрович") - не пожелали выставляться ни в одной из городских галерей и пригласили всех желающих к себе в мастерские. Экспозиции как таковой там не было, однако Ножкин провел довольно забавную акцию: выпустил в воронежский воздух некоторое количество воздуха парижского, привезенного оттуда специально для этой цели в наглухо замотанной скотчем пластиковой банке, - с тем, чтобы улучшилась, значит, культурная и прочая атмосфера в родном городе. Занятно, но как-то я не уверен, насколько оригинально. Примитивистская деревянная скульптура Горшкова, впрочем, весьма выразительна. В другом месте были выставлены махонькие карандашные рисуночки Бориса Филатова - изящные и остроумные (увы, самый остроумный чуточку опоздал: собачка с русалочьим хвостом уже "запатентована" Юрием Грымовым под проект памятника Муму) и фотографии Александра Доро из Липецка (центральное место здесь занимал цикл "Планетарий гениталий", изображающий по-разному декорированный мужской половой орган; конечно, деконструкция эротического - дело святое, но аналогичный недавний проект Вячеслава Мизина в галерее Гельмана был четче выдержан в концептуальном отношении и потому производил более сильное, хотя, на мой вкус, и столь же отталкивающее впечатление). Еще был художник Алексей Загородных, явно крепкий профессионал, но подозрительным образом работающий параллельно в трех довольно-таки различных, насколько я могу судить, манерах.

Музыкальная программа была представлена концертом двух коллективов, определяемых (в том числе местной музыкальной критикой) как фри-джаз, хотя сами они от этого определения не в восторге. Группа "Погонщики улиток" (гитара, бас, чуть ли не советских времен клавиши, ударник и контрабас), насколько я понимаю, действительно играет несколько деформированный влиянием рок-культуры джаз. Группа "РИ" не смогла выступить в адекватном составе (один из участников оказался в командировке в Швеции), и оставшиеся двое замечательно, на мой взгляд, исполняли некую то ли индийскую, то ли прикидывающуюся индийской музыку на какой-то экзотической басовой флейте и специфических индийских барабанах (не помню, как они называются); по словам музыкантов, в полном составе они показывают более разнообразную программу, ориентированную в сторону этнической и средневековой музыки. Своеобразную ноту внесло в концерт внеплановое появление престарелого джазмена Виктора Рыжкова, бессвязно (по причине сильного опьянения), но очень зажигательно импровизировавшего некоторое время за фортепьяно. Ночью в Городском доме культуры - главном месте продвинутых молодежных вечеринок - состоялась еще рэйв-парти, с участием нескольких DJ-ев (тут уж я совсем ничего не могу сказать) и "живого" проекта Дмитрия Вихорнова "E-medicine" (остальные музыканты, насколько я понял, привлеченные); это какой-то acid, очевидно, и там фишка, кажется, в соединении живого звука с сэмплами, ни черта я в этом не понимаю, но танцевать под это хорошо.










Gif.RU  |  Воронеж  |  краеведение


Copyright © 2000-2012 GiF.Ru
Напишите нам письмо на этот адрес



Новая, теплоизоляционная штукатурка помогает существенно сэкономить на отоплении помещения. Закажите её прямо сейчас.


  Rambler's Top100 Яндекс цитирования