Перейти на главную страницу

геокультурная навигация
обновлено 22.11.2017

Расширенный поиск

 экспорт: новости // афиша
 

Персона

Персона :: Интервью

Андрей Ройтер: "У меня коллажное сознание"

8.11.2005,

Валентин Дьяконов
GiF.Ru


29 октября в галерее "Арт-Стрелка projects" открылась выставка Андрея Ройтера "Чемоданная коллекция". Вместе с Николаем Филатовым, Германом Виноградовым и другими художниками Ройтер был участником одного из легендарных московских сквотов 80-х годов – "Детского сада". В конце 80-х Ройтер уехал, и ныне сотрудничает с американскими и немецкими галереями. "Чемоданная коллекция" – его первая персональная выставка в Москве. GiF.Ru воспользовался случаем и задал художнику несколько вопросов.

GiF.Ru: Расскажите о своей жизни до эмиграции.

Андрей Ройтер: В 1960 году я родился, в середине 80-х оказался в помещении "Детского сада". Это здание в 25 комнат постепенно превратилось в настоящую арт-комунну, где мы работали по ночам, потом стали приглашать своих приятелей. Это было незапланированным явлением. Все произошло абсолютно стихийно. Мы друг друга до "Детского сада" не знали.

GiF.Ru: Как люди попадали в "Детский сад"?

Андрей Ройтер: Я немного знал Колю (художника Николая Филатова – GiF.Ru), искал себе работу за 70 рублей в месяц, чтобы прожить можно было. У него мастерской не было и у меня не было, но он знал это место, знал, что там можно устройться на работу. Ну, а потом началась перестройка, которая, естественно, сильно изменила нашу жизнь. "Детский сад" закрылся. А меня этот процесс выбросил из страны. Я стал получать приглашения с Запада и открывать там свои выставки.

GiF.Ru: "Русский Сотбис" 1988 года как-то повлиял на Ваше материальное положение и статус?


Андрей Ройтер: Нет. У Коли были на нем работы, но не у меня. В целом, перестройка изменила жизнь всех нас. Люди, которые приезжали и покупали искусство по какой-то причине муссировали довольно ограниченный круг художников. И я принадлежал к этому кругу.

GiF.Ru: Этот круг называют "кабачками".

Андрей Ройтер: Ну да, в него входили и так называемые "кабачки", и художники из сквота в Фурманном. Нас всех стали выставлять на Западе. Сначала приглашали на групповые выставки, ну, а потом я стал получать персональные приглашения. Я, что называется, "заездился". В 1989 году я в первый раз пересек границу. В 1990 году я уехал на открытие австрийской выставки, думая, что вернусь через две недели. А вернулся через пять лет. И за это время, живя с советским паспортом, я оказался замешан в западную художественную систему довольно круто. В России у меня персональных выставок не было вообще никогда. Я участвовал в миллионе групповых выставок, но персональная – первая.

GiF.Ru: Почему Вы решили выставиться именно на "Арт-Стрелке"?

Андрей Ройтер: Меня идея выставиться здесь привлекла тем, что "Арт-стрелка проджекс" – наполовину галерея, на половину инициатива самих художников. И соседство начинающих галерей, молодых художников – на меня пахнуло таким старым воздухом вдохновенных проектов восьмидесятых. Поэтому я собрался, упаковал в чемоданчик работы, сколько вошло – ведь у "Арт-Стрелки" денег на транспортировку нет.

GiF.Ru: Название выставки провоцирует сравнение с "дип-артом"...

Андрей Ройтер: Действительно, существует довольно оскорбительный термин – "чемоданная живопись", коммерческое искусство небольшого формата. Я, конечно, не имел в виду ничего такого. Просто оказавшись в ситуации, когда помещение маленькое, работ немного, да и выставка должна соотноситься с моим образом жизни, я выбрал такой вариант. Работы, рефлексирующие ситуацию коллекции. Я знал, что не хочу возвращаться в Москву с выставкой в Третьяковке.

GiF.Ru: Почему?

Андрей Ройтер: Потому что банально. Уехать на пятнадцать лет, а потом приезжать с музейной выставкой – банально. Я себе представлял вариант, когда я приезжаю с кураторским проектом, выставляю западных художников. Идеи интеграции, взаимообогащающего обмена между странами мне близки.

GiF.Ru: А каких западных художников Вы бы привезли?

Андрей Ройтер: Их фамилии вам ничего не скажут. Это мои соседи, друзья, короче – мой круг общения.

GiF.Ru: Насколько эта выставка похожа на Ваши западные персоналки?

Андрей Ройтер: Все эти работы могли бы продаться и там.

GiF.Ru: Но вообще такой формат для Вас не характерен?

Андрей Ройтер: Это в основном этюды. Но я работаю и в маленьком и большом формате, в этом, как и стилистически, ограничивать себя не хочу. Дело в том, что я создаю инсталляции из живописных объектов. Как кто-то из сюрреалистов говорил: "Книги – это не объект для чтения", так и для меня картина, живопись – не для смотрения, она часть инсталляции, поэтому на моих выставках на самом деле только один объект – сама последовательность произведений. Ведь вся эта выставка – одно произведение. Я довольно точно просчитал движение взгляда зрителя, с одной стены на другую.

GiF.Ru: То есть Ваша выставка – это рассказ, связное повествование?


Андрей Ройтер: Здесь есть связи, которые в принципе могут натолкнуть на какие-нибудь дополнительные ассоциации. Но это не история и не иллюстрация, прямого нарратива здесь нет. Есть рефлексия на очень личные события жизни, например, картинка, на которой нарисована фотография Бориса Михайлова, или картинка под названием "Кабаков". Я рассматриваю галерейное пространство как поэтический объект, призванный вызывать разнообразные ассоциации. И ваше прочтение будет отличаться от моего – это нормально.

GiF.Ru: Мое первое впечатление – как будто к бывшим обитателям Фурманного и "Детского сада" вдруг вернулся брат из-за границы. Еще один человек, работающий в той манере, которую мы знаем и любим.

Андрей Ройтер: Да, от родственных связей многое зависит. Но стилистика, манера – это для меня своеобразные демоны. В какой-то момент я вообще отрицал узнаваемую манеру в принципе, в другие моменты ощущал ее как проблему. При отсутствии стилистической узнаваемости возникает вопрос: а где же настоящий художник? Есть такая английская поговорка – "Confusion is a beautiful state of mind" ("Мешанина – это прекрасное состояние сознания"). Здесь надо решить – либо смешение стилей это хаос, либо оно аутентично отражает коллажное состояние моего сознания. Ощущение коллекции, которое вызывает выставка – это отражение моего внутреннего разнообразия, отражение различных влияний, которые я не отрицаю.

GiF.Ru: Какая ситуация на вас больше влияет, русская или западная?


Андрей Ройтер: Я вырос и сформировался в Москве, 30 лет прожил в Беляево. Где-то ближе к тридцати одному году я оказался в центре Европы. Без языка, без очевидных планов на будущее. С тех пор это приключение продолжается, но приобрело черты профессии. А влияния я испытываю каждый день, прямо на улице. Иногда на Западе мне встречаются вещи, которые я ощущаю как московские, скажем, в Париже мусорный ящик такой же, какой я видел в Москве. Можно сказать, что это ностальгия, а можно – что продолжение того видения, которое сформировалось в Москве. Поэтому я как бы на перекрестке огней, продукт своей эпохи – и перестройки, которая кончилась, и моды на русское искусство, которая тоже прошла, и даже, может быть, новой волны интереса к нему.

GiF.Ru: Вы себя ощущаете актуальным художником?

Андрей Ройтер: Я думаю, что актуальность развивается по некоей марксистской спирали: одно и тоже повторяется с некоторыми изменениями. Меня можно назвать отстающим от поезда, но неизвестно еще, как все повернется. Может быть, я иду впереди – это ведь как посмотреть.






Ссылки:

















    Неформат
    Картотека GiF.Ru
    Russian Art Gazette

    Азбука GiF.Ru









 



Copyright © 2000-2015 GiF.Ru
Сопровождение  NOC Service








  Rambler's Top100 Яндекс цитирования