Перейти на главную страницу

геокультурная навигация
обновлено 25.06.2016

Расширенный поиск

 экспорт: новости // афиша
 

Персона

Персона :: Интервью

Страх и отвращение к Баяну Ширянову, или "ложный портрет современника, порочащий образ России"

9.03.2004,

Константин Рубахин


Интервью Баяна Ширянова специально для GiF.Ru

Поводом этого интервью стало начало судебного процесса над писателем Кириллом Воробьевым, подписывающимся псевдонимом Баян Ширянов. Его обвиняют в незаконном изготовлении и распространении порнографической продукции (ст. 242 УК). Причиной заведения дела стал иск, поданный летом 2002 года организацией "Идущие вместе" о незаконной продаже в книжных магазинах романа Баяна Ширянова "Серединный пилотаж", содержащего, по мнению истцов, порнографию. "Серединный пилотаж" является второй книгой трилогии, описывающей жизнь наркоманов (первая и последняя книги называются "Низший пилотаж" и "Верховный пилотаж"). Состоялось уже два заседания 3 и 5 марта, на которых так и не было доказано, являются ли два представленных отрывка романа порнографией. Фрагменты уже прошли 7 экспертиз. Порнографию в нем обнаружили специалисты МВД и дважды секретарь Союза писателей России Николай Переяслов. Экспертизы филологического факультета МГУ и Института философии РАН порнографии в произведениях Ширянова не обнаружили. Сейчас материал передан в Центр комплексной экспертизы и сертификации систем и технологий, перед которым поставлен только один вопрос - содержит ли роман элементы порнографии. Следующее заседание суда назначено на 19 марта.

Константин Рубахин: Самое ужасное, что я читал у Баяна Ширянова - этот тот текст про экстрасенса и воров в законе...

Кирилл Воробьев: "Пономарь"?

- Да. Странно было после прочитанного в сети "Низшего пилотажа" столкнуться с таким откровенным pulp`ом...

- Это написано задолго до "Пилотажей".

- С какой целью?

- Коммерческой!

- Сколько всего у тебя произведений?

- Пятнадцать романов и словарь наркоманов! Серьезно. Тридцать книг вышло.

- Я читал "Монастырь" - такое закрученное, четко выстроенное произведение. Меня удивило, что автор "Пилотажей" может еще и так писать.

- "Монастырь" - одна из самых моих любимых работ.

- Но что касается "Пилотажей" - тут ты показал конкретный такой культурный пласт, передал язык. Этот сленг и легенды ведь действительно были в пользовании от Ростова до Камчатки.

- Даже наоборот. Там есть несколько неологизмов моих собственных, которые потом распространились. Например - Стендаль (из-за романа "Красное и черное" - так в "Пилотажах" называется кристаллический йод и красный фосфор, участвующие в реакции получения первитина - К.Р.). Это чисто моя придумка.

- А разные наркотические легенды - про коллективные глюки, передачу мыслей -ходили до твоих романов?

- Да, но, как ни странно, не были описаны у других писателей (у зарубежных я имею ввиду - наши вообще почти эту тему не трогают). Хотя, казалось бы, это лежит на поверхности.

- Ну разница ведь есть между западной наркотической субкультурой и нашей.

- Конечно - вот фильм с Микки Рурком - "Spun" называется, что можно перевести как "увинченный". Тематика похожа, но там все как-то более механистично. Зато в русский прокат он вышел под названием "Высший пилотаж". Ссылка понятно на что.

- Если героиновая субкультура описана подробно, то про "винт" ты первый написал.

- Так, а теперь скажи - что в России написано про героиновую субкультуру. Она есть, но ее не видно: в интернете куча великолепных текстов, но их не печатают - не выгодно. А народу втирают, что героинщики говорят только о том, как достать и помирают быстро. Это не интересно. Хотя действительно, винтовые более продуктивны. Потому что они дохнут медленнее! Вообще нельзя все сваливать в одну кучу. Организация, называющаяся Госнаркоконтроль, уже взялась судить ветеринаров, которые пользуются кетамином для обезболивания животных при операции. Так на суде это и было сформулировано "незаконно распространил кетамин, вколов его потерпевшей кошке". Адвокат предлагал пострадавшую кошку вызвать в качестве свидетеля. Также и люди, которые используют психотропные вещества, называются у нас наркоманами, независимо от того какие препараты ими употребляются, и попробовали ли они первый раз или уже опустились и сидят на игле. И веществ, которые вызывают физическое привыкание немного: опиаты, алкоголь и никотин.

- Но вернемся к поводу нашего интервью - суду.

- Тут такая получается ерунда. Судят явно не меня - а моего литературного персонажа. Мой литературный герой, к тому же, умер от передозировки 7 сентября 2000 года. Как известно, мертвые сраму не имут и судить их нельзя, но этим сейчас почему-то занимаются.

- Почему иск был подан в связи с "Серединным пилотажем"? В "Низшем..." ведь даже жестче все...

- Потому что "Низшего..." уже давно нет в продаже. Хотя когда он появился у Саши Иванова (руководителя издательства "Ad marginem", выпустившего книжку - К.Р.) были неприятности. Ему сделали серьезное предупреждение, обещав еще более серьезное, если он еще что-нибудь подобное издаст.

- Мне кажется, процесс можно назвать "делом постмодернистов"...

- Да. "Идущие вместе" подали четыре иска - против Сорокина, Пелевина, Ерофеева и меня. На Ерофеева и Пелевина прокуратура не отреагировала - там, видимо, чуть-чуть вменяемые люди сидят. А у меня и Сорокина что-то нашли. Причем, как признано было в суде, те экспертизы, которые легли в основу дела, написаны с процессуальными нарушениями и доказательствами не являются.

- Все экспертизы?

- Единственно правильной оказалась та, что составлена в Институте Русского языка имени Виноградова. Она гласит, что в рамках лингвистической экспертизы невозможно ответить на заданный вопрос.

- А ты сам как считаешь - оказывается давление на литературу?

- Это все е***я политика. В какой-то момент стало кому-то выгодно погнобить писателей. Естественно, просто так подобные процессы не начинаются.

- А как ты сам чувствуешь - могут тебя в тюрьму посадить?

- Это ты спрашиваешь как человек или как журналист? Отвечу как журналисту: "Да - посодять меня на х*й!". А как человеку вообще не отвечу.

- Получается, что молодежная организация "Идущие вместе" себя компрометирует такими процессами.

- Они себя много чем компрометируют. Ты сайт их видел? Там какой-то бегемотик в маечке с их логотипом. Там еще есть игра - закидай помидорами меня. Сначала меня, а потом Сорокина и Иванова, в качестве бонуса. Хотя, я уже давно в нее не играл - может что-то путаю.

- Говорят, Сорокин сильно выиграл на этом процессе - продажи взлетели, каждый лоточник считал за честь продавать "Голубое сало" - а ты как?

- Никак! Ты видишь перед моей дверью очередь из издателей? Мои книги уже год не печатают. За то время, что идет процесс, я обошел ножками все крупные московские издательства и везде получил отказ. И я не могу это объяснить ничем другим, как каким-то неизвестным мне давлением со стороны власти.

- А зарубежные организации не пытались тебе помочь?

- Нет - только какие-то статейки появляются. После того как Сорокин на франкфуртской ярмарке выступил в мою защиту.

- Сам ты туда не поехал?

- У меня год уже подписка о невыезде.

- А что следователи говорят?

- Один из следователей вообще в марте прошлого года закрыл дело за отсутствием состава. Через неделю дело открыли заново.

- Какие вопросы задают на допросах?

- Как вы незаконно изготовили свой роман?

- С усмешкой спрашивают или серьезно?

- Они, разумеется, понимают весь маразм ситуации. Но статья, по которой меня обвиняют, гласит "незаконное изготовление и распространение порнографии" и т.д. И это надо было все записать для протокола. Я ответил, что я незаконно ничего не распространял, а романы просто пишу. Второй вопрос - считаю ли я это порнографическим. Естественно, я это порнографическим не считаю и считать не могу. Потом спрашивается - кому и когда вы это все передали, я рассказываю. На этом допрос заканчивается.

- Исходя из существующих определений порнографии, содержащихся в Законе "О культуре" и комментариями к статье 242 УК, выделенные фрагменты из твоего романа можно определить как порнографию. Но как быть с контекстом?

- В этом то вся и фишка. Если брать Брокгауза и Эфрона, то у них порнография вообще определена, как описание жизни проституток. При этом у них приведен очень подробный анализ развития значения этого термина. И говорится, что к порнографии можно отнести и работы Апулея, и Рабле, и даже Свифта. И я рад оказаться в этой компании.

- Разумеется, истцов больше всего напрягает то, что ты пишешь о наркотиках, а не порнография. Вот мы сейчас выйдем с тобой на улицу и купим на лотке сразу несколько бульварных штук с описаниями секса покруче чем во всех "Пилотажах"...

- Напрямую об этом ведь не говорится. Говорится именно о порнографии. А существование некоей наркотической субкультуры у них вообще вызывает сомнение. Свидетель Смолин (генеральный директор издательства "Зебра Е" - К.Р.) на заседании пятого марта объяснял, что есть такая культура, а секретарь Союза писателей России Переяслов говорил, что я "даю ложный портрет современника, порочащий образ России". То есть он практически заявляет, что наркоманов у нас нет. Если бы в России все были такие писатели, то на нее надо было бы сбрасывать ядрену бомбу. А, возвращаясь к порнографии, ведь действительно, есть четкое определение, что порно вызывает похоть.

- Да - ты говорил это на суде, обращая внимание, что у истцов твои тексты вызвали только отвращение. Но дискуссия - вызывает ли порнография похоть в любых условиях - ведется уже давно...

- Что здесь дискутировать! Собачье говно на столе какие у тебя эмоции вызывает? Омерзение. И эти мальчики "Идущие..." не могут объяснить, чем отличается описание полового акта, которое вызывает омерзение, от описания говна на столе. А если они возбуждаются от слова "х*й", написанного на заборе, то не моя в этом вина.

- Но в том, что это их может возбуждать, они не признаются. Даже, наверное, себе.

- В этом весь комизм ситуации.

- Где, по мнению истцов, должна продаваться твоя книга?

- Они хотят, чтобы книги такого рода продавались в специально отведенных местах. Я согласен. Для неподготовленного читателя такое чтение может вызвать культурологический шок. Но такими отведенными местами нужно сделать несколько стеллажей в центральных книжных магазинах города. Специальных стеллажей, где будет продаваться так называемая современная маргинальная литература.

- И на ответственности продавцов будет организация предупреждения читателей и возрастные ограничения при продаже таких книг?

- Пусть делают фэйс-контроль и так далее. А если идти до конца по этому направлению, то каждая книга должна сопровождаться в анонсе следующими словами: "в этой книге вы можете встретить..." и перечислить все опасности, которые ждут читателя в следующем тексте: расовую нетерпимость, описание половых актов, описание убийств (если кто-нибудь не ожидает их встретить в покупаемом детективе) и т.д.

- Еще можно учить читать с восемнадцати лет.

- Да - а до этого пусть колются и е***ся.

- Сорокин подавал встречный иск к "Идущим", что именно они напечатали порно, вырвав из контекста эпизоды его романов, когда издавали контрпропагандистский сборник. Ты не хочешь ничего подобного сделать?

- Честно говоря, хотелось это все поскорей бы закончить, потому что ущерб мне приносит сам процесс - это действительно угнетает. Пока все это продолжается, я не смог написать ни строчки. Когда дело ненадолго закрыли, я обрадовался, начал новый роман. Только возобновили расследование - прекратил.

- Что скажешь в заключение по поводу всего этого литературно-уголовного процесса?

- Заключения быть не должно!






Ссылки:

















    Неформат
    Картотека GiF.Ru
    Russian Art Gazette

    Азбука GiF.Ru









 



Copyright © 2000-2015 GiF.Ru
Сопровождение  NOC Service








  Rambler's Top100 Яндекс цитирования