Стихотворения тетради №2
"Умок (октябрь 1998 - февраль 1999)"








1.В КАФЕ

Приятные девушки:
Талии, персии;
В червивом кафе
Мы плавали вместе.
И я подумал,
что сам не плох,
Хоть и имею меньше ног;
Хоть ты меня
и подсушила,
и подмочила,
и скребла,
Но всё ж осталось где тепла;
Что нежно
в ночь вдыхать луну
Со мною каждая могла б,
И ноготком задеть струну-
Слюна моя там вплетена.

Да... надо - надо...
Меня зовёт живое стадо,
И растревожить что-то смог
Той целки розовый пупок.



2.О НАС ПОЮ

Отвалилась тень
Отворилась дверь
Мы теперь вдвоём
И о нас поём.

Очень важно глазу знать,
Где скрипеть матрасу
Чтоб присечь заразу,
Силы мне в ногах.

Ветер сможет хило
Ты уронишь мыло:
И не хочешь больше ты
Для меня искать болты.

И, конечно, ляжешь-
Жабу свою гладишь.

Я вернусь другим уж:
Нет ни язв, ни гор-
Может и не я то
Да ведь это вор!

Но узнаешь сразу-
Я грызу орех.
Совершим мы снова
Старый рыжий грех.



03.ОДНО УТРО ВЕЧНОГО ДЕДА

Воздух был, как палец.
И деревья знали,
Чтоб расти бесшумно-
Умные стволы.
Утро уж сумело
Сопку приподнять.
Две волны, от силы,
Смог я насчитать.
Дом порвал окошки.
Дворник скрёб лицо.
Я в то утро слышал,
Как щель зовёт кольцо.
Мир уже не знает,
Как мечту лизать-
Синим дымом тает
Старый дед опять...



4.О ТВОЁМ ЖИВОТЕ

А я предсказывал тебе о том,
Как хороша ты будешь с животом.
Сейчас твоя фигура забурлила:
И всё сбылось, и всё - красиво.
Но тот букет, не от меня букет;
Другой нашёл его в траве,
На поле мне принадлежащем.

Где, глаз, ты был?
И почему тревогу ты не бил?

Смотри в округлое тугое тело,
Что не потрогать больше, не узнать;
Лишь веками дырявыми возить теперь
по полю этому,
И плакать, и ещё кого-то звать.



5.ГОРЬКОЕ

Так трещит живое тело.
Взбухли жирные глаза.
Раньше плакать не умела,
Знай, как прыгают глаза.
Тридцать три богатыря
Покатились дружно в рожь.
Там бывала ты одна;
Теперь
ничего уж не пожнёшь.
Был влюблён в осенний волос,
Что нашел под вялой листвой,
Но в моих руках просторных
Волос сделался горой.
Рельсом речка прямо в небо
Встала,
зазвенела, как струна.
Надо было что-то делать,
Но я, конечно, убежал...

Под плащом густой пыли
Вот - вернулся:
ты - одна.
На коленки ко мне приди...
Дай умыться ресницы вода...



6.ГОРЬКОЕ2.

Там, где сам плевал слюну,
Растёт много сорняков;
Вот я и узнал тоску
Чёрных и густых болот.

Всё равно - какая ты-
Дождь, иль сажа, или жир,
Принеси свои дары,
Залатай мой рваный мир;

Поцелуй, прошу, сильней;
Кожу с черепа возьми,
Не могу быть больше с ней,
Сделай, чтобы посвежей...
Стало, чтобы посвежей...



7.ОТ ПРИРОДЫ

Всё зависит от природы:
У меня в ноге - паук,
Он за нерв кусает злобно,
Он - причина многих мук.

Эх, скорей бы проливные
Эти кончились дожди;
Стал бы я, как раньше, весел,
Мы б с тобой куда пошли.

Злые сети капли шьют;
Таракан живет жирней;
Грустно песни все поют;
Нет, не будет потеплей.

Чашки дно.
Звенит окно.
В западне томятся мухи.
Всё лежит в моей разрухе;
Раскидал я свои руки.



8.ЗАЛЕЗТЬ

Свой треугольник обгорелый ты гладишь
Осенние пальцы руки дрожат
Ты сама с собой не ладишь
В тебе ходят сторожа.

Гроб холодный - здесь же, рядом
Собираешь пыль ты взглядом
Я ведь тоже удручён,
Хотя пышен и кручён...

Жизнь останется, как есть:
Нам друг в друга не пролезть.



9.КАПКАН

Человек-то, конечно, плохой,
И с людьми я всё время в борьбе:
Не желаю делиться собой-
Сам хочу покопаться в золе.

Будь тобой, я б меня не любил,
Ты права, что ебёшься с другим,
И права, что так плачешь при этом;
И трава, где потели мы летом
Сокрушалась по нас и звала;
Только серая стала трава та-
Твоей памяти злая сова
Проглотила её навсегда.

Моя дверь для всех открыта,
Как капкан, где ты зарыта.



10.ТЕЧЬ

Мать беседует с ребёнком:
(Олениха с оленёнком).
Узнаёт ребёнок грудь.
В углу место остывает.
Под окном - большая жуть.

Кухня знает, где поэт.
Вилка трогает котлету.
Стишком мысли шевелят.
Остальные в доме спят.

Всё покрошено в салат.



11.СОКИ ЖИЗНИ

Соки жизни проебал,
На говно я разменявшись.
День за днём сточил червяк.
Выткал стол денежный знак.

И лежит, как труп, мой глаз.
На полу ебётся мразь:
Доски жутко так скрипят,
Доски - на меня хотят.

Отказалась жить нога.
Отвернулась пить губа.
И давно уже плевать,
Кто таскает на хуях:
Звонких и семи хуях.

Ты войдёшь...

Ты войдёшь - огонь зажжён;
Грот - спокоен, я - прощён.
Потолок расскажет баснь.
Было б место, чтоб лежать.
Были б жопы, чтоб украсть.

Следом в нашу дверь - они,
Вместо рук у них - шипы.
Я встречаю их медузой,
Липкой и слюнявой грудой.

Кто посмел сюда попасть,
Всех пережую за час.



12.СНАРЯД СЛОНОВ

Остры вены этой ночью,
Точно бритвы, словно сеть.
После песни жирных точек
Так же ровненько не спеть.
Моя кухня там, где мышь.
А любовь, что твой камыш.
Криворото улыбается
чудовищный пацан,
И порезы остаются
на руках от его ран.
Бурый берег. Красный край.
Где насилуют опять
Со скрежетом и лязгом сны,
Чёрный и слепой солдат,
Злые, тощие слоны.



13.МЕРТВЕЦ

"Я залез во внутрь природы самой,
Порубил там механизмы косой...
И чем больше там о жизни узнавал,
Телом тем сильней устаревал...
И последним желтым выдохом теперь
Открываю в мир желанную ту дверь..."-
скрипел голос с другой стороны.

Мы, толпою разноцветной, ждали сны.
Слышали, как палец положил он на замок,
Только щелкнуть он, болезненный, не смог;
Застонал и где-то там упал,
И о жизни так никто и не узнал...

"Мой мертвец пусть будет с плоским лицом,
Черным, белым, жестким...
Глаз на нем пусть серебриться плевком,
Шерстяной, рельефный шарик - глаз..."



14.ДОЖДЛИВЫЙ ЗУД

Отчего девушка смялась,
Будто наступил кто?
Отчего сама в свой пуп всосалась,
А грудь тянется мокрой кишкой?
И губа - крива, словно нервы...
Потому что негры,
Как грозди неровные на тополях,
В их длинных глазницах
Белые капли дождя стоят;
Потому что в тополиных бесплатных зонтах
Кожу с китайцев снимают грибы;
Китайскими лицами, что как зола,
Грибы набивают свои сундуки.
Девушку пугает звук.
Это в желтых горлах лезвия плывут;
Это в черных горлах жужжат лески;
Это тухлые негры смеются треском.

Отчего случилось так зло?
Оттого что с осенью нам не повезло:
Были долгие дожди,
Весьма нудные дожди;
Город, как цепь глиняных болот...
Пусть же негра суп найдет!
Пусть каждый желтый земли пососет!

Всем - скучно и склизко.
Девушка плачет.
Дома ее ожидает жених.
Они поебутся. Она еду сварит.
И сладкая ссора будет у них.



15.ПУСТЫНЯ

По кривым любил шагать там
Зори собирать в реке
Рожь больную не отдам сам
Нож зеленый забурлил где

Ощетинилось зубами
Человеческое стадо
Мины их на мне рыдают-
Срочно сделать что-то надо

Скрутил травы по клубкам
И зарыл в черном мешке
Узкоглазый красный кал
Не попляшет на ступне

Звонким и звездным штыком
В раз расчешу я дома и парки
Пусть теперь пыхтит песок
Где китаец тонкий каркал

Пусть согнуться без ручья
Насекомые и люди
И засохнут птицы в небе
Пусть пустыня кругом будет

Ну а ночью, под подушкой
Загляну я в тот мешок
Жду на полках там пейзажи
И мне будет хорошо



16.ОЗЕРО

Великолепное озеро моей злобы,
Розовое, как алчный сосуд.
Три человека из своей плоти
Берегов резиновые линии ведут:
Жена, жена и еще одна-
Вместе славная свинья.

Звезды уже вгрызлись. Вечер.
Готовятся кресла - мягкая печень,
Знает, когда звенит звонок,
И вьются коврики возле ног.
По острию озера,
как любовную прядь,
Вода выпускает мелкую рябь.

Ковш готовит одна жена.
Его наполняет другая жена.
Его приподносит другая жена...
Я наливаю в пустыню себя.

Злоба клокочет. Мясные обрывки,
Точно занавес пыльный, упали.



17.КРУГЛЕНЬКИЕ ЧУДА

Кругленькие чуда,
Жарила блины-
Золотые бубны.
Звонки и тонки-
Вышивки по краю,
Паутины масла.
Так ворота рая
Будут открываться.
На милой тарелке
Высится гора.
Я уже отжила,
Я опять стара.
В пояснице чертик
Жмет педаль ногой.
Положите в гробик
Белой и нагой,
И блином укройте,
Жарким самородком,
И быстрей заройте
В месте самом кротком.
Так в блине вплыву я
В рыхлые моря.
Обольется пуля
Песней звонаря.
Солнце меня примет,
Женой назовет...

Кушай, внучек, блинчик,
Набивай свой рот.



18.МРАЗЬ

Дождики на луже
Танцевали бокс
Мальчик был простужен
В носу сопли нес

Здесь везде грузины
Арбузная пора
Щедро отметалась
Зеленая икра

Капля плюнул в темя
Мальчик заревел
В сахарное стремя
Влезть он захотел

Мама отрубила
Баба не далась
Мальчика не стало
Где клубится мразь



19.ВРАЧИХА

А у женщины-врача
Спереди, как клюв грача,
Нос из добренькой грозы,
Тряпочка чужой слезы-
рот,
Глаза трубочкой длинны-
Для того, чтоб у больных, И снаружи и внутри,
Видеть всё
И слышать всё.
И не спрячешь от неё
Великолепную идею -
Быть на свете всех больнее.



20.НОЧНОЕ

За стеной, как тонкий шприц,
По ночам не спит дитя;
За другой стеной две спицы
Конским бубенцом звенят:
Совсем старая бабуля
Из своих седин как будто
Вяжет кофту иль носки,
Грубо трёт свои соски;
Слышно чавкает губой
Жёлтый рот её, морской;
Дитя чавкает печально,
Струи льются мимо рта;
За окном кричит печально
Птицей дудка с корабля-
Всё сплотилось, всё сползлось,
Образуя внутри кость,
И лежу я, как бетон,
Под себя валюсь гавном.

А младенчик свои руки
Тянет проволочкой белой,
И старушечьи слюни
Тоже знают своё дело...



21.СТРОИТЕЛЬ ЛЕСТНИЦ

Я сделаюсь строителем лестниц,
С хорошим шагом серых ступеней,
С чудесным горлом мраморных пепельниц
И лакированных плит кружением.
Я напишу книгу перил
Для твердой хватки тысячей рук.
Чтоб пела литавра, труба сверлила
В моем котле мохнатых мух.
Этажи засияют, как цели,
В янтарное сердце попал как-будто.
И реки из ног быстро поверят
В свое непременное и райское утро.



22.ОСЕННИЙ КОНЕЦ

Добрый шарик в центре неба-
На ветвях повис глазок.
Зашипели хитро щели.
Лужа сделала глоток.

В маленькой церкви погрустнело.
Осень делает постели
У святых внутри бород.
Я зеваю у ворот.

Хитрый попик молодой
Парки кроет бородой,
Лавки, травы и грибы.
Очень постарели мы.

Мы - не те:
Седины вьются,
Дети в руки не даются,
Бабы губы не помадят.
Птица ходит по ограде.

Листья так уж не желтеют,
Как в былые октябри.
Они мертвенно чернеют
И влипают прямо в темя,
Как ты кепкой не хитри.

Птица смотрит мертвецом.
Все вокруг чадит Концом.



23.БЕСЕДКА

Срано в беседке,
Шевелится кал и плевки;
И томную ветку
Шевелят мои сентябри.

24.ПРОЖИЛ

Боль согнула пополам -
Позвоночника козлам.
Барабанит смерть горохом.
Солнце светит не тем боком.
Больше всё туман гниёт.
Тело тлеет, тело мрёт.

Облетели люди, окна,
Дали трещину дома.
Звонко моет в ванной злобу
Моя старая жена.

Вот… Прожил…
А были каши,
В щёках яблоки катал…
Забирай назад мамаша
Своё старое дитя.



25.СОЛНЫШКО

Жило пятеро людей -
Славным солнышком блестели.

Первым умер Джон-блондинчик -
Все щеками облетели.
Хоронили долго, нудно,
И не знали куда встать,
Что надеть, сказать что лучше,
Как землёю забросать.

Год прошёл, и Сашка съелся.
Все стояли по местам.
Было траурное тесто,
Счёта не было цветкам.

На Вадимовы гробы
Я избил эффектно девку,
А последний мой дружок
Везде ползал, будто тесто.

Потихоньку мы горели.
Моё сердце прогнило.
Он позвал виолончели,
Много плакальщиц привёл.
Я лукаво улыбался
Из земельной из дыры,
Видел солнечные пальцы,
Неба светлые пары.

А оставшегося Ваську
Закопал за деньги дед -
Старый крот. Рыдала рядом
Мать пятидесяти лет.



26.ПАМЯТИ ЛЕШКИ

Друг разбился на машине
И заставил вспоминать.
Фотографии большие;
Да уж, выдавил слезу.

Он разбился в самый дождь;
И в руке моей труха
Быстро делается грязью.
Пахнут краской короба.

Расфуфырено и строго
Рот не дышит и лежит.
Люди чертят пол туфлями.
Что-то в даль опять бежит.

Я бегу, и люди, окна.
Ящики в толпе гремят:
Кто их тащит на веревке,
Кто толкает, кто примят.



27.УТРО ЗАЙЦА

Как гвоздь, сегодня осень сурова. Утро.
Одели стволы бобровую хищную плоть.
Где ветер качает белые бубны,
И расплетает ручьи своих ржавых болот,
И сыпется долго.
И умерли все,
остались лишь ноги-
В ступенях холодных они продолжают кружиться;
Остались сгоревшие черные кони,
Чтоб весело ржалось в квадратных глазницах.

Я трогал старуху за девичьи груди,
Я вил её кольца из розовой жести,
Катал животы, словно круглые трупы,
И испытывал чувство к мёртвой и сонной невесте.

Потом всё бежал. Прятался в утро.
И мякоть меня принимает за зайца.



28.ВОРОБЬИ СРУТ

На последние лучи осени
Воробьиной громкой стаей
Старики сели на лавки
В древних шубах без волос:
Дышать долго и упруго,
Доски лавок как скрипят.

Люди мёртвые вокруг
Тосковали и бежали,
И скорбели о себе,
Целовались медным ртом,
Чтобы помнилось потом.

Ладонь рваная, сухая,
Словно поле с бороздой,
Шевелилась наша стая,
Вот что солнцу сообщая:
"Мы душою молодые,
Хоть лопатой - в пироги,
Бренным телом чуть подгнили-
Вот и стали старики.
Жизнь на лавке, как деревья-
Всё стареем и растём".

Мертвецы же свои жизни
Громкой пляской оплели,
Веселятся, потом льют,
Только вправду не живут.

В их пластмассовые лица
Воробьи удачно срут.



29.ДЕРЕВЬЯ В ОКТЯБРЕ

Я - один из мертвецов.
Сжали мы планеты туго.
Льются дни, как из сосцов,
И придерживаются круга
Множество предметов, тел.

Всем парить надоедает.
На щеках темнеет мел.
Наши руки отпускают,
Как деревья в октябре
И карнизы в феврале.

Струи падают, как в яму,
Но другие мертвецы
Собирают их упрямо,
Перекладывая ватой,
В свои рваные ларцы.

Там грозит огонь. Калеки Там жиреют, точно вши.
Точат матери детей там.
Черный трактор ниткой вшит
И предателем шуршит.

Мне - достаточно. Мертвею
И кричу. Зеленый дед.



30.ВОЖДИ И ПРОСТЫЕ ЛЮДИ

Что на улице стучится,
Называют то - дожди,
Но я знаю эти лица-
Это мёртвые вожди.

С толстым слоем из металла,
Словно Будды по утру,
Словно мальчик из подвала,
Словно мясо - на ветру.

Их носы вдыхают воздух.
Вечный день вверху повис.
И немало их не щелкнет
Молодая ебля жизни.

Ожидает тех велений
Много рук, и мух, и глаз;
Из дешевеньких людей
Скрипит, чавкается таз.

Но вожди - мертвы и пухлы,
Не поднимут вязкий перст.
Люди зря делают звуки,
Зря ебут своих невест.

Ждалась зря
Мечты заря.



31.ИЗНАСИЛОВАНИЕ В ГРОЗУ

Где опять за горизонтом
Крыши разные гроза
Всё шумела и пасла;
Травы где, зубом мигая,
Поизгрызла, как коса.

Там, в коричневом и сером
Небе, двери вырезала,
Чтобы девочки цветные,
Рябь озёрную порвав,
Проникали, как лесные,
В наш стальной, обильно, сад.

И когда потрогал глянец
Все шкафы и тротуар,
Мы увидели, смеясь,
Те кусты - она паслась.

Всё помято и дешево,
Ткань разбросана, чулки…
Светлых ног лишь не хватает-
Унесли их, две, менты.



32.ВНУТРИ

Нашего залива
Тонкую кожу
Подрезаю лодки дном,
Чтоб пощупать было можно
Его самое нутро.

Камни пламенем алеют,
Ленты пестрые цветут,
И глазница льдом стареет,
Мои совести встают,
Как Голгофы, как Иваны-
Моей мамы караваны.

Муравьи, как красный мех,
Проникают в самый смех.

33.МОСТ В ТУМАНЕ

Всем лицом к небу земля
Наклонилась, словно дует,
Как болото мать целует
В сухих косах ковыля.

Мертвой пашнею оплыло,
Русский как не спит солдат,
Так хуи отца и сына
Два срослись в один канат.

Небо - толстое, живое:
Много губ из почвы рост
Давят, жрут. И выползают
Черный тур и стальной мост.

Туман тлеет.
Режет горн.
Как шаляпинское горло,
Раздувается бетон.

Растут белые опоры.
Дамбы, радуги встают...
Люди - в кухнях:
Они мрут.

"Не хотим мы слышать гимны,
Где рождаются мосты.
Наши дети были б сыты,
Были б пьяны наши сны…"

Мирный вздох пусть сохнет в кресле,
В неподвижной занавеске.



34.УКОР

Утром нежная природа,
Будто я - совсем говно,
Здесь - заноза и икота,
Будто мысли про одно.

Снег упал чудесной лапой,
Скрыл все язвы, весь изъян.
Стало толсто, дрожит ватой.
Дворник добр, он - телеэкран.

Небо - светлое, стынет постелью.
Облака, словно Китай,
Дышат шёлком акварельным.
Белой шерстью на деревьях
Тухнет снег, как каравай.

Гниль задумалась.
Хрустальна грязь.
Мудрость ищет седину.
Лишь меня не приютили,
Не пустили в их страну.

Твой рассвет - не для меня.
Нет ни капельки огня…

Я - плохой. Я буду хуже.
Я порежу твои лужи,
Потопчу я твой наряд,
Как тупой и злой снаряд.

Будешь знать, кого учить,
Где выкидывать укор.
В твои чистые кораллы
Блевану.
Я любуюсь на узор.



35.ВОССОЕДИНЕНИЕ

Горизонт в дали трескучей,
Мой живот там жил без ног.
Мы ходили туда тучей,
Выжидали белый срок.

Кольца вил я сапогами
По осеннему крыльцу.
Ползало вино на ткани,
Словно каша по лицу.

Я дышал, надеясь розой,
Что ростками по стеклу
Побегут мои морозы
Сказки красить животу.

Он придет. И весна будет.
И капель тупая сжёт
Свои чётки. Толстой нитью
Вздыбит добрый анекдот.

С животом воссоединимся.



36.МУСОР И МАЛЬЧИК

Мусор валится в колодце,
Ударяя в барабан.
Мы наели своё солнце-
Позвоночника баран.

Я - велик, толпою звучен;
Сер и толст мой плащ родной.
Мы идём, как угля кучи-
Трещит город подо мной.

Улыбаюсь миллионом:
Зубы - жёлтые с каймой.
Косы светят, как иконы.
Путь держу, как нож - рукой.

Кто такой ты, мальчик сизый,
Чтоб смотреть на нас, как гвоздь,
Чтобы думать нам в лицо,
Вкручивая ноготь в нос?

Сдай лошадку под седло!
Исправляй свои ладьи!
Нас же - масса! Наступлю как:
Блестеть будут сапоги.

Слышишь, мусор поёт злобу
В горле круглом городском?..



37.МОЙ ДЕНЬ

Меня давят каждый день
Шина ползает в реке
Становлюсь так всё старее
Возвращаюсь налегке

Городские пилы, кони
Мясом кормятся зимой
Снежно вьются в ней корнями
Будто голый под полой

Как художник я ебался
И как крот ебал ночи
Искрой случай открывался
За моей спиной - ключи

Было утро. И заливчик
паром тлел и остывал
Ветки дерево сковали
Я упавший флаг вскопал

Потому что верил вечно
Что из моей мужской груди
Может молоко потечь
Что ударят снегири

И случилось. Стол - обилен.
Жерлом вспенился бокал
И ковры всё принакрыли
И себя я опознал.



38.ЗАБЛУДИЛСЯ

Как вчера героем был-
Мой стакан так каждый лил,
А сегодня из зеркал
Сам себя не опознал.

А всё - злобная зима
В тело сока не даёт,
Как шиповника тюрьма,
Штык алмазный у ворот.

Кирпичами кладёт снег,
Шубы скользкие, дары.
Гниют белые батоны,
Немцем падают с горы.

Я открыл глаза живые.
Осмотрелся. Небо. Утро.
И болота навесные,
Как базар, и сам, как утка.

И другие здесь глаза
Меня щупают. Их пальцы
В моих перьях поездами
Внутри молятся, как старцы,

И уносят по частям.
В тех печах гудит огонь.
Я на них вчера кричал,
Топал грозно в пол ногой.

А сегодня - бессловесен,
Потому что заблудился.
Где тут я? В какой невесте
Так заснул, что так забылся?

Ищу нитки по углам.
Собираю задний хлам.



39.ОДНА НОЧЬ

Царственная наверху луна
Дрожью живёт её круглая мышца
Стоит полынь, как нос, и как трава,
Дырявит жесткий снег
И дышит скромной тёмной мышью.

Здесь необъятных полей небо,
Как фиолетовое гложет
Туманным танком ночь тревожит
Встаёт ребрами от скелета.

Я - житель из других глубин
Дела мы добрые и разные творим
И наши руки горячи труда
Но ночь такую никогда им не соткать
Не вызреть памятник
И не поднять узор,

Но знаю я, что для кого-то просто будни
Янтарный праздник тёмных смол
Ему тут скучно,
Он пальцем гладит стол,
Вдыхая и жуя, как путник.



40.В ТАКОЙ ПИЗДЕ

Я в такой пизде живу
Что не снилась никому.
И бурление из волос
Здесь как день и ночь - насос.

Бабы, жалобы, собаки
К нам столбами смотрят вниз.
Твои полные карманы
Простым воздухом сдулись.

Поезда - на каждый день.
Я в болотных сапогах
В топях, тинах, как охотник
Ищу уток серый страх.

Поезда чувствуют тоже-
Плетью рельсы расплескали.
За ножом втыкаю ножны,
Ногти в книги про печали.

От пизды не убежать
На педаль ту не нажать.



41.РЮКЗАК

Жёлтые в голове батоны
Называю их "мочой"
Счастлив Бог в своих погонах
Мы живём сами с собой

Стынет Жопа впереди
И кричит: "В меня впади!"
Открывается рукав
Вижу рощу из отрав

Ты на улицу выходишь
В каждом - мысли всё одни
В твоих куртках ходят толпы
Жопы, как в реке - круги

Побежали!
Гулок шаг.
За спиной - рюкзак из срак.



42.КУРЯТ ВСЕ

В тёплом месте старых зданий
Где не знаю никого
Курят все и дым вдыхают
И теряют своё дно

Жена новая, без слов,
Дай-ка грудь твою копнуть
Одно прошлое зарыть чтоб
Подсушить мой влажный путь

Жена прыгает козою
И руками вьёт змею
Я прицелился косою
И двумя руками бью

Стать и молодость имею
И достоин пучка Жизни
Хватит счастье моё сеять
На полях кроватей крысьих

Здесь дымок вползает в стёкла
И туманит, как туман
Мы, как трости, и, как свёкла
Всё буреет мой сафьян.



43.ЛОШАДИ БЫТА

Губы рвут лошади быта
Сто дверей в груди открыты
Лошадь искры брызжет в нос
Стоят ребра, как покос

У людей Людей не много
Животы и зубы - врозь
В горлах - всё сухое слово
И уходит песка сквозь

Лошадь видит людей всех
Каждый хуй ведь сосан ртом
В любой ляжке - пальцы, смех
Морда тянется в тот корм