ЧИТАЮ КНИЖКУЧитаю книжкув день по странице начало – в мае На страницах нет номеров живу не знаю сколько недель прошло или лет переизбрали президента или нет родила ли наша соседка скоро ли будет Пасха что в этом сезоне в театрах есть ли у меня дочка почем на рынке черешня НАДО МНОЮНадо мною – небесаБог в небесах ниже облака ярусы дерев крона ложи партер ниже я лежу кожа спины упирается в почву ветви корней черепа, черви, черти и прочее еще ниже – метрополитен со строгими глазами машиниста, дежурным по станции и бомжaми в назидание такое мироздание В БУЛОНСКОМ ЛЕСУА в булонском лесупо весне мужчины готовые к случке в булонском лесу сытые псы ищут что может быть слаще на свете чем ветер в булонском лесу тапетки капли на ветках розовые в мытищах березовых – то ж стыд задирает подол копошится под юбкой щеки брюхатит смех Ой, мамочки, лопну! в лесу прошлогодние шишки хруст хруст в запястьях – жизни лимонный вкус слабенький сладенький нежность, жалость, жадность ВЕСНА В ОСТАНКИНОГорчица, ржа – осенние останкипод снегом в Останкино рысцовым бегом бежит бегун по брегу озерному зазорно мне смотреть В апреле безлистие голая истина ИЗ СОВРЕМЕННОЙ ТАЙСКОЙ ЛИРИКИ1.имя мое после пламени – тень жасмина след поцелуя блеклый жестянка пепла за пазуху суну ее отдам ли ветру ты всегда со мной ты всегда со мной неразлучно 2. выйдя из пламени ты – усталая ветошь во дворе – где солнце и ветер с юга – развешу чтоб она вспоминала море вдали от моря как старый парус в горах провинции Лапланг 3. он разделил со мной ложе квартиру в Бангкоке годовой доход земельный надел в провинции Лапланг каждую ночь когда он рядом ложился боги к нам – его и мои – спускались само собою он умер 4. когда в крематории городском пепел сердца моего отдадут – ты будешь со мной неразлучно, сердышко как цитата из потерянной книжки или сгоревшей при пожаре В СПОРТИВНОМ ЗАЛЕТы закидываешь ноги к Богуты стараешься усмиряешь плоть ласточкой ласточка моя, я думаю, наблюдая за тобой как настанет день – и понесу в ладонях чистый экстракт, сущность твоего существа мостики, которые возводишь перекинуты в пустоту мурашки пробегут по ним и дрожь пятки горе протягиваешь на каждой неизреченное слово – СПОРТ увидит Бог что это хорошо а не увидит – тоже хорошо по воздуху будет нелегко бежать с каждой минутой все ближе СМЕРТЬ мы ходим сюда, выходит, не зря ты тренируешься летать А я привыкаю к мысли, что ты умрешь. К КРЫЖАНОВСКОМУ– Чадаев, помнишь ли?– не помню через былого решето посланья дружеского форма перетечёт – чадаев! – что? – так, ничего – в другую форму румяней крепче здоровей как на портретах в униформе лики экс-отроков-царей как мальчик скажет весь я выйду на путь кремнистый в декабре разбойники с большой обиды иль бодуна встанем в каре и хором полковым негромко и в гроб сходя благословим пусть промышляет на обломках цитатой нежный аноним К ПАНОВУВ 4.40 птичье пеньебудило утреннее счастье и атмосферные явленья предмет живейшего участья по вечерам за чаем право нас было больше чем сходилось у каждого еще за правым плечом по одному водилось не потому ли над погодой маня к невиданному брегу витал над нами Дух Исхода вернее реял План Побега мы были вместе добровольно покуда напивались чаем и каждый уходил довольный самим собой сопровождаем не сомневаясь что далекий потомок ласковый с агатом очей подумает – пророки или вернее ренегаты Я в себе
|