"Время внутри нас. Россия, Греция, Турция"

31 марта – 25 апреля
Открытие 31 марта в 19.00

Галерея "На Солянке"
Солянка ул., д. 1/2, стр. 2, вход с ул. Забелина
12.00-20.00,
кроме пн.
Тел.: +7 495 621 5572
www.solgallery.ru

Новое поколение российской фотографии

В 20-е годы ХХ века российская фотография переживает небывалый подъем, подарив миру имена классиков мирового модернизма – Александра Родченко, Аркадия Шайхета, Бориса Игнатовича и многих других. Новая советская власть активно поддерживала искусство фотографии, видя в нем сильнейшее орудие визуальной пропаганды, особенно необходимое стране, где 70% населения не умели читать и писать. Уже в середине 1930-х мощная фотографическая школа советского конструктивизма трансформируется в сторону социалистического реализма, чьи принципы были сформулированы как обязательные для всех видов искусств. Во многом именно советская фотография формирует пластические каноны соцреализма, наряду с советским кино и советской живописной школой.



Вторая мировая война в России, оказавшись страшной трагедией для страны, мобилизовала не только весь советский народ, но и советских фотографов, запечатлевших эту трагедию сильно и пронзительно. "Горе" Дмитрия Бальтерманца, впервые увидевшее свет лишь в начале хрущевской оттепели, стало пластической метафорой самого страшного мирового катаклизма середины ХХ века.

После Второй мировой войны в Советском Союзе фотография полностью низводится до положения "служанки" идеологической машины: словами легче эквилибрировать, чем визуальными свидетельствами реальности, которые не совпадали с бравурными лозунгами, использовавшимися в массовой пропаганде. Так, фоторепортаж заменяется фотопостановкой, арт-фотография отсутствует вообще, профессия фотографа в официальных рангах о профессиях приравнивается к рабочему низшей категории. Полностью отсутствует система фотографического образования, а в страну, изолированную железным занавесом, практически не проникает информация о том, что происходит с фотографией в зарубежных странах.

Только с середины 1990-х, во многом благодаря появлению Международной Фотобиеннале в Москве и деятельности первого государственного музея фотографии – "Московского Дома Фотографии", открывшегося в 1996 г., искусство фотографии не только популяризируется среди самой широкой публики, но и получает финансовую поддержку съемок и производства как фотопроектов, направленных на фотоархивацию современной действительности, так и на производство арт-проектов, использующих фотографию в качестве ведущего медиа. В 2006 г. в Москве на базе "Московского Дома Фотографии" открывается Школа фотографии и мультимедиа им. Александра Родченко.

С начала 2000-х гг. в российскую фотографию приходит новое поколение. Это молодые фотографы, не обремененные старыми канонами соцреализма, получившие свободный доступ к любой информации, люди с поставленным глазом и свободным открытым мышлением, независимо строящие свои художественные миры. Их творчество, в определенном смысле – зеркало тех изменений, которые произошли в России с момента распада Советского Союза в 1991 г.

Георгий Первов – один из самых ярких и самобытных молодых фотографов – получил образование в Швейцарии. Снимать город, в котором ты живешь, где привычка естественно притупляет возможность изумления и вдохновения – непростая задача. Независимо от того, что снимает Георгий Первов – архитектуру, портреты или повседневную жизнь – это каждый раз неожиданный ракурс, соединение жесткого холодного глазомера и интеллектуальной отстраненности с острым, очень индивидуальным, эмоциональным переживанием. Каждая его фотография – это больше, чем просто фиксация, это сложная поэтическая и философская метафора, требующая медитативного созерцания и напряженного осмысления.

В работах Натальи Павловской проявляется новая тенденция, свойственная сегодня молодым российским художникам и фотографам. На фоне общей ностальгии по советскому прошлому, негативные стороны которого быстро стерлись из памяти, зато на первый план выступили привлекательность минимальных социальных гарантий, а также отсутствие стресса и темпоритмического прессинга, присущих новой фазе экономическо-социальной формации, молодые пытаются произвести собственное объективное исследование уходящего советского прошлого. В серии "Высокая печать" Наталья Павловская запечатлела островок в самом центре Москвы, где предельно сгущаются энергетические и финансовые потоки, где luxury индустрия и новый тип менеджмента на глазах преобразуют старый город. Это типография, где время остановилось, застыло между 1930-1970-ми: на трофейном оборудовании люди выполняют типографские работы, результат которых технологически легче отнести к антиквариату. Минимальное жалование, жесточайший распорядок смен формируют удивительное достоинство высоких профессионалов, осуществляющих "высокую печать" полиграфического сегмента: бюрократические бланки, театральные афиши, пропуска и удостоверения, которые также на глазах уходят в прошлое. Удивительна работа фотографа с предметной средой, где важна каждая мелочь, где идет тончайшая игра со светом и цветом, где интерьеры кажутся наполненными звуком и между строк рассказывают нам о каждом из персонажей, которые так внимательно и в то же время отстраненно сняла Наталья Павловская.

Петр Ловыгин – из Ярославля, города на Волге. Архитектор по образованию, работать он начал в фотографии, а сегодня вектор его интереса направлен и в сторону кино. Это, наверное, естественно, так как свои фотосессии он превращает в перформансы и хэппенинги. Ловыгин – это юмор и гротеск. Каждая его серия – фотосинопсис персонального и зачастую абсурдного кино, одним из важнейших действующих лиц которого является свобода, глоток которой успела получить генерация двадцатилетних, ностальгия по которой была и остается важнейшим фактором русского искусства. Ловыгин виртуозно играет с культурными ассоциациями и кодами. Его игровая эстетика одинаково подпитывается миром реальным и миром виртуальным, где у него, кстати, есть замечательный livejournal – сам по себе piece of art.

Тим Парщиков родился в Москве, окончил Институт кинематографии и Высшие режиссерские курсы. Ему интересны визуальные парадоксы, отношения между цветом и светом. В своих фотографиях он, прежде всего, решает экзистенциальные и эстетические вопросы. Взгляд Парщикова – это взгляд кинематографиста: каждый его кадр – ситуация, интригующая прошлым и прорастающая будущим. Его работы наполнены внутренним напряжением и тревогой непредвиденного и часто опасного развития. Он предпочитает ночные съемки, когда чище и жестче считывается энергетика места и персонажей. Так или иначе suspense проявляется в большинстве его фотографий.

Иван Михайлов – самый молодой и самый романтичный, он показывает, как мечтают молодые люди, приехавшие в Москву работать и учиться, как они смотрят на ночной мегаполис. Но они смотрят на этот огромный город с надеждой, что они смогут с ним слиться, адаптироваться к его жесткому ритму. Также и мы в кризисный год смотрим в будущее с надеждой.

Парадоксальное видение, энергия внутреннего напряжения, внимательность к визуальному поиску адекватной формы свойственны всем авторам, независимо от того, где они снимают – в Москве, российской провинции или Европе. Эти фотографы легко и естественно вписываются в международный художественный контекст. При этом их работы, традиционно для русского искусства, подразумевают литературный подтекст и часто оказываются философскими метафорами, наполненными апокалиптическим предчувствием.



Директор музея "Московский Дом фотографии"

Приглашение во "Время внутри нас"

"Время внутри нас. Фотографы из России, Турции и Греции" – так называется эта выставка. Чего мы ждали от этого совместного проекта? Одним вариантом было бы представить выставку в трех частях – ведь в каждой из трех стран существует своя фотографическая традиция. Что касается России, то стоит упомянуть конструктивистские снимки Александра Родченко (1891-1956), динамичные репортерские композиции Георгия Петрусова (1903-1971), авангардистские работы Эль Лисицкого (1890-1941) и опыты Бориса Игнатовича (1899-1976), практиковавшего фотомонтаж и аэросъемку. Среди фотомастеров Турции мы можем назвать Йилдизу Моран (1932-1995), первую женщину-фотографа в стране, Зеки Фаика Изера (1905-1988), мэтра турецкого фото-модернизма, Ара Гюлера (1928), всемирно известного фотожурналиста, прославившегося снимками Стамбула 1950-1960-х гг., а также Гультекина Цизгена (1940), большого мастера, много сделавшего для признания искусства фотографии в Турции. Из греческих авторов необходимо вспомнить Неллиз (1899-1998), с ее смелым и новаторским подходом к изображению человеческого тела, Димитриса Хариссиадиса (1911-1993), единственного греческого фотографа, принимавшего участие в выставке "Семья человека" в ньюйоркском Музее современного искусства, Воулу Папаиоанну (1898-1989), блестяще работавшую в портретном жанре, и Спироса Мелетзиса (1906-2003), сумевшего ярко запечатлеть образ греческой провинции.

Конечно, такой подход повлиял бы на концепцию совместного проекта и переместил бы акценты на происхождение фотографов-участников. Живущая в Стамбуле Энгин Озендес, автор идеи выставки и один из ее трех кураторов, предложила создать семь разделов, назвав их "Наблюдения", "Воспоминания", "Сновидения", "Свет", "Возвращение", "Наслаждение" и "Праздник". Таким образом, диалог между авторами перестал быть связан с географией проекта. Как будто все пятнадцать участников ужинали бы за одним столом и вели беседу. И, как обычно бывает в таких случаях, здесь обсуждалась бы любая тема, связанная с отношениями жизни и искусства. И все же, если понаблюдать, то можно заметить разницу как в восприятии времени каждым из фотографов, так и совершенно оригинальную концепцию "внутреннего пространства".

Представленные здесь пятнадцать художников происходят из трех очень разных стран. Хотя и здесь есть ряд параллелей: обширность Турции и ее многообразие, политические перемены в России и построение новой идентичности, исторически сложившаяся специфика Греции, переживающей переходный период – все это выводит на первый план черты индивидуальные, будь то социальный или эстетический аспект.

К фотографии можно относиться как к "молодому" искусству, но каждый из художников был воспитан в совершенно особой культурной традиции: художник творит, следуя и собственным мотивациям, и используя связи с историей, политикой, музыкой, литературой. В этих фотографиях не всегда угадывается происхождение автора. Но как только зритель узнает, из какой страны тот или иной фотограф, то весь опыт творчества и замысел автора – и на уровне означающего, и на уровне означаемого – обретает свой контекст и становится понятнее.

Концептуальный проект Ивана Михайлова, изображающего людей, стоящих на балконах и закутанных в одеяла, передает ощущение болезненной экзистенциальной тревоги в современной холодной Российской столице. Эти люди, уехавшие из маленьких городов и теперь смотрящие вдаль с балконов своих высотных домов, заглядывают в лицо будущему, где их ждет нелегкая борьба за жизнь в условиях жесткой конкуренции. В работах Бурджу Гёкнара мы уже видим людей, двигающихся в обратном направлении – это внутренняя миграция, которая в Турции призвана как-то замедлить болезненный процесс урбанизации. В то же время снимки Толги Озгала приглашают нас познакомиться с традиционной турецкой свадьбой. Эти художники обладают своим "пространством внутри", также как и Йоргос Кордакис с его серией "Глобальное лето". Идея лета для греков, конечно же, является одним из важных культурных архетипов. Но помня об этом, интересно отметить, что автор, пытаясь исследовать данный феномен, приходит к выводу, что лето – это не просто время года, но и способ визуализировать беззаботность: вещи теряют значение и становятся формой. А все остальное – неважно.

Конечно же, пространство имеет разное значение для каждого из художников. Некоторые подчеркивают связь пространства с историей сообщества или индивида: такими представляются православные школы Стамбула, запечатленные Парисом Петридисом, воскрешающие целую эпоху в жизни этнических меньшинств Османской империи; старая типография в центре Москвы, снятая Натальей Павловской и работы Юсуфа Севинчли, посвященные родному городу, где места детства оказываются неузнаваемыми для вернувшегося в них взрослого человека. Ощущение опустошенности и тоски по прошлому, равно как и внимание к предметам, которые будят навязчивые воспоминания, преобладают в творчестве этих фотографов. Убедительно выражает все эти идеи Берк Билгин в своих изъеденных временем фотографиях, на которых история присутствует не в виде аллюзии, а представлена в форме печати.

Другие художники воспринимают пространство в связи с людьми или в виде воображаемого мира, либо абсолютно вымышленного, либо основанного на реальности, но функционирующего на принципиально другом уровне. Здесь мы можем вспомнить ночные картины Дениза Ачикалина, портреты из "Дневника" Стратоса Калафатиса или сконструированный интертекстуальный мир Петра Ловыгина. Пространство также трактуется как переходный этап существования – между присутствием и отсутствием, как в композициях Кристины Димитриадис или в работах Паноса Коккиниаса, с его четкими и масштабными, метафорическими образами нашей жесткой действительности.

Наше ощущение пространства и окружающей реальности пребывает внутри нас, что доказывают как оригинальные урбанистические пейзажи Георгия Первова, символизм которых преображает суровые городские виды, так и снимки Тимофея Парщикова, запечатлевшие различные города мира.

Проект, задуманный Энгин Озендес, Ольгой Свибловой и мною, никак не претендует на то, чтобы дать полное представление о современной фотографии в наших странах. Его цель – познакомить публику с творчеством тех художников, которые уже ярко заявили о себе или, в некоторых случаях, только находятся на пути к успеху. Эта выставка – приглашение исследовать время и пространство внутри каждого из нас, о чем нам и напоминают все эти фотографии.



Вспоминая прошлое

Один из факторов, повлиявших на европейское искусство XIX века – это, несомненно, распространение массового туризма, явившееся, в свою очередь, результатом развития средств и путей сообщения. До этого путешествие ради удовольствия представляло собой скорее предмет роскоши, который могли себе позволить искатели приключений, художники, археологи и литераторы среднего класса, имевшие достаточно для этого средств. Когда же пароходы начали бороздить воды Средиземного моря, появилась возможность знакомства с дальними странами. Путешественники садились на корабли Большого Турне в Марселе или Триесте, откуда могли достичь руин южной Италии, Сицилии, греческих островов, Афин, Александрии, побывать в Каире. Дальше наземным путем можно было добраться до Святой Земли в Палестине, до Дамаска и Бейрута, потом до Измира и, в конце концов, до Стамбула. Такие поездки давали представителям среднего класса возможность познакомиться с Востоком и повышали престиж их участников в глазах окружающих.

Одним из таких путешественников был Пьер Гаспар-Густав Жоли де Лотбиниер (1798-1865), который взошел на марсельский корабль 21 сентября 1839 г. и прибыл на остров Сирос в Эгейском море 29 сентября. Он достиг Афин 6 октября и сделал первые снимки города, всего лишь полтора года спустя после изобретения фотографии.

Другой путешественник, Фредерик Гупиль-Феске (1806-1893), который сел на судно "Скамандр" в Марселе 21 октября 1839 г., приплыл на Сирос 1 ноября. Посетив затем Египет и Ближний Восток, он добрался до Измира 8 февраля. Через полторы недели (19 февраля) Феске был в Стамбуле, где он сделал первые дагерротипы с изображением города, шесть месяцев спустя после парижской премьеры Дагерра.

Фотографы, следуя практически одинаковыми маршрутами по Средиземному морю, сделали снимки Греции и Османской Империи примерно в одно и то же время.

Вскоре после появления фотографов-путешественников, открываются первые постоянно действующие фотостудии в Афинах и в Стамбуле.

Основателем собственно греческой фотографии стал Филиппос Маргаритис, уроженец Измира (1810), который создал первые дагерротипы Афин в 1847 г. Начав свою работу в художественной мастерской, Маргаритис в 1850 г. открыл первую в городе фотостудию прямо в своем доме.

А в 1850 г. другой грек из Османской Империи, по имени Василис Каргопуло, основал первую фотостудию в Стамбуле. Он был назначен придворным фотографом в эпоху правления Абдулмесида (1839-1861), стал "Фотографом при Его Величестве Султане", обучал фотографии сына Абдулмесида, наследного принца Мурада. Каргопуло также служил придворным фотографом и при Абдулхамиде II. Каргопуло стал известен благодаря своим панорамам Стамбула. В его студии была богатая костюмерная, в которой клиенты могли примерить местную одежду, и выбрать подходящий наряд для съемки.

Обострение дипломатических отношений между Османской и Российской империями в начале 1850-х гг. привело к тому, что российский посол по особым поручениям Александр Меншиков покинул Стамбул 19 мая 1853 г. В том же году, 4 октября, Османская Империя объявила войну России. 12 марта 1854 г. Британия и Франция стали на сторону первой. Полгода спустя, 20 сентября, объединенная армия в составе 30 000 французов, 21 000 британцев и 60 000 турок высадилась в Крыму. Война закончилась только 30 марта 1856 г.

Этот серьезный конфликт стал важной вехой и в истории фотографии. До ее изобретения единственным способом визуально отобразить батальную сцену была живопись. Крымская кампания стала первой войной, достаточно подробно запечатленной в фотографиях, и первые военные снимки были сделаны именно на ее фронтах. Таким образом, крымская война положила начало фотожурналистике.

Самыми выдающимися фотографами Крымской войны были Роджер Фентон, Леон-Эжен Меэден, Джеймс Робертсон, Феличе Беато, Жан-Шарль Ланглуа, Жан-Батист Анри Дюран-Браже и Пьер Лассимон.

Двадцатый век

Расположенные на востоке Европы Турция, Греция и Россия имеют богатую общую историю политических и культурных взаимовлияний и отношений – иногда дружеских, иногда нет, которые уходят вглубь веков.

Как Романовы и Российская Империя ушли в прошлое, так и Оттоманская династия и Турецкая Империя стали достоянием истории. Их исчезновение документально зафиксировано фотографией; равно как и переход к двум разным политическим системам, пришедшим на смену имперской идеологии. Так же как новая Турецкая республика использовала фотографию как способ донести до мировой общественности свой новый образ, так и Советский Союз обращался к ней как к мощному средству распространения своего идеологического влияния. Политика и фотография тесно переплетались.

В ходе происходящих политических событий, изменений на дипломатическом фронте фотографы и художники всех трех стран сыграли заметную роль в развитии международных отношений, а плоды их усилий послужили ценным вкладом в наследие современной художественной культуры.

О настоящей выставке

Настоящая выставка имеет своей целью создать платформу, на основе которой фотографы из всех трех стран могли бы собраться вместе, объединить усилия и лучше понять друг друга, представив на суд публики свои творческие достижения в одном месте и в одно время.

Ольга Свиблова, директор Музея "Московский Дом фотографии"; Вангелис Иоакимидис, директор Музея фотографии в Салониках; и я, Энгин Озендес, куратор фотовыставок стамбульского Музея современного искусства – остановили свой выбор на 15 фотографах (по 5 от каждой страны) и пригласили их участвовать в этом мероприятии. Из предоставленных ими работ мы втроем отобрали 151 фотографию для настоящей выставки.

Вместе мы решили, что все эти фотографии будут напечатаны в трех разных форматах в соответствии с условиями выставочных пространств, в которых их предполагалось разместить, сопроводив комментариями всех трех кураторов.

Исполненные драматизма ночные портреты, на которые падает свет светофора, отрывочные размышления по поводу воспоминаний о детстве, грустная история возвращения из большого города и свадьба в пригороде – вот некоторые из отражений современной жизни в творчестве молодых турецких фотографов.

Реалистические силуэты городов, представленные в своеобразной стилистике плакатов и граффити; драматические кадры рабочих мест в нерабочее время, способные многое рассказать об их дневных обитателях; воображаемая страна, созданная в сознании художника, и история жизни внутри нее; города в ночном освещении, вид которых заставляет нас задуматься о том, что только что случилось и что может случиться в будущем; люди, которые переехали в большой город, надеясь на лучшую жизнь, но чьи портреты говорят об их тоске по прошлому, об одиночестве и о сомнениях относительно грядущего – вот основные мотивы российских фотографов.

Унылый и пустынный мир школьных классов и коридоров, откуда исчезли шумные ученики; образы повседневности, ставшие иконическими; автопортреты, отмеченные дневниковой саморефлексией; воспоминания, преисполненные тоски после переживания мимолетных снов и пляжные развлечения – темы работ греческих фотографов.

В Турции выставка получила название "Время внутри нас". Она будет показана в Фотографической галерее стамбульского Музея современного искусства с 26 февраля по 16 мая 2010 г., войдет в программу Московской международной "Фотобиеннале" в марте 2010 и Международной биеннале фотографии в Салониках в апреле 2010 г. Хотя открытие отдельных выставок произойдет в разное время, вся экспозиция в целом будет показана во всех трех странах в апреле-мае 2010 г.

Версия для печати