Василий Цаголов

С 16 января 2003 г.



Траектория творческого пути известного киевского художника Василия Цаголова любопытна и показательна, прежде всего, тем, что проходит по всем кульминационным точкам художественного процесса последнего десятилетия ушедшего века, никак не умаляя при этом своеобразия его авторского подхода. Так, отдав дань всеобщей увлеченности живописью в первое пост-советское пятилетие, Цаголов в середине 1990-х годов практически оставляет ее. В эти годы его работы реализуются в жанрах видео, фотографии, объекта и инсталляции, сохраняя при этом характерный для художника эротико-криминальный накал сюжетов. Однако на рубеже столетия Цаголов вновь возвращается к картине – и вот уже в течение двух лет работает над серией, которые галерея Гельмана сегодня представляет в Москве – «Украинские X-Files».

Хотя на первый взгляд художник использует в своих работах парадоксальное сочетание украинской пасторали и современной интернациональной мистики, нельзя считать это противопоставлением низкого - бытового и высшего - трансцендентного начал. Ведь для современного человека крестьянский бытовой жанр ничуть не менее экзотичен и неосязаем, что и «X-Files». Это явления одного порядка и происхождения – телевизионного. Соединение мистики и обыденности снимает остроту сюжетного представления и дает возможность увидеть особенности самого пластического языка живописи, в котором, собственно, и заключается основное содержание данных работ.

«Украинские X-Files» представляют собой жанр пасторали, написанной alla prima, то есть приемом, создающим ощущение, что картина создана непосредственно на лоне природы. Этот прием был очень популярен у импрессионистов, многодельные студийные полотна которых казались поэтому этюдами, написанными за нескольких часов в саду. Изображая своих осциллирующих рогатых персонажей в полях или за музицированием, Цаголов имеет в виду несколько иной характер «непосредственного впечатления» - то единение с природой, которое вдохновляло импрессионистов, сменяется сейчас утверждением неделимости виртуального и реального, фантастики и обыденности. Всем тем, кто полагает телевизионный оккультизм увлечением вполне невинным, это дает повод еще раз задуматься о последствиях подобного микса фантастики и реальности в головах наших современников.

Проблема разгоряченного сознания, вовлеченности в непрерывное производство фантазмов, которое не оставляет население бывшего СССР вот уже много лет, очень тревожит и Василия Цаголова. Поворот художника от криминальной тематики, характерной для 1990-х, к теме масс-медийных иллюзий и бреда можно считать указанием на новую угрозу, куда более опасную уличных разборок и стрельбы. Ведь исторические параллели показывают, что реакционная «культура два» (по определению В. Паперного) сменяет революционную «культуру один» именно в период усталости, когда простые демократические социальные идеи сменяются разного рода галлюцинациями о «высшем», более развитом, сильном и загадочном мире.

В своей озабоченности будущим нашей культуры Василий Цаголов не одинок – несколько ранее эту проблему поставила московская группа художников «Инспекция Медицинская Герменевтика», определив ее как «психоделическая контрреволюция». Рецепт, предложенный нашими российскими «инспекторами», чрезвычайно прост и носит сугубо российский национальный характер – подвергнуть разгоряченное воображение обывателя полной заморозке, которая вызовет амнезию и лишит его способности реализовать свои мечтания. Вариант, разрабатываемый киевским художником, носит отчетливый южный оттенок – Цаголов предлагает ослабить мистическую интоксикацию и судорожный оккультизм, наведенный масс-медиа, путем распаривания, растворения в фольклоре. По образному выражению художника, лучше топить паранормальное в борще: «бульк – и нету».

Версия для печати