Санкт-Петербург: M.K.& Хармсиздат, 2002

Издательский литературно-графический проект Михаила Карасика, в котором приняли участие известные петербургские и московские художники: Виктор Гоппе, Юлия Зарецкая, Михаил Карасик, Борис Констриктор, Петр Швецов, Юрий Штапаков, Сергей Якунин.

Издание напечатано в количестве 21 экземпляра, каждая книга нумерована и подписана художником.

Игорь Бахтерев "Я спросила: Сколько время?..."
Константин Вагинов Стихи из романа "Козлиная песнь"
Александр Введенский Элегия
Николай Заболоцкий Стихи
Леонид Липавский Разговоры
Николай Олейников Короткое объяснение в любви
Даниил Хармс. Судьба жены профессора

ЧИНАРИ, ЧИНАРИКИ, БЫЧКИ...

Недокуренная папироса в коробке вместе с десятком спичек, а под коробкой несколько обгоревших. Тяжелый запах и копоть.

Чинари - чинарики. Семь обгоревших спичек - семь судеб и семь книжек. Спички и папиросы. От двух десятков названий папирос Ленинградской табачной фабрики 1930 годов на памяти осталось всего два: Беломорканал и Прима. Сталин любил литературу, литераторы любили папиросы. Они строили Беломоро-Балтийский канал. В их честь появилась любимая народная марка "Беломор". Коробок лежит на пачке. Папироску нужно легко постучать по коробку, размять пальцами, продуть, прежде чем поднести к ней горящую спичку, и прикурить. Хармс не курил папиросы, он курил трубку. Погасшая трубка пахнет также противно, как и загашенная папироса. Даниил Иванович перебирает трубку пальцами, словно гладит или шлифует. Когда табак в ней зажжен, а чашечка раскалилась в руке, дерево блестит словно полированное. Причем здесь папиросы или трубка? Просто, когда куришь или держишь трубку в руке, лучше думается. Коробок, коробка, ящик, гроб. Форма и содержание без конфликта. Судьба - это гармония, наказание или случайность? Судьба трудолюбива и настойчива. Сегодня жизнь, а завтра судьба. На полке среди книг стоит клееная дощечка, одна сторона обгорела, на другой, неповрежденной, выжжена пятиконечная звезда и подпись чернильным карандашом "Михаил Соколов". Раньше на этой доске была живопись, сейчас краски обгорели и превратились в черное месиво. Михаил Ксенофонтович Соколов написал ее в лагере, где отбывал срок по доносу своего ученика. Он писал картины и на маленьких фанерках от коробков, вместо кисти использовал спички. В советских лагерях приветствовалось художественное творчество. Заключенные в мастерских делали нехитрую мебель, на которой ставился штамп как на моей доске. М.К. Соколов не был обэриутом, едва ли он был знаком с кем-то из ленинградской группы, так как жил в Москве.

На табуретках и стульях также выжигались звезды. Семь книжек, возможно случайный выбор семи художников. Каждый выбрал по одному обэриуту. Они покоятся в одном коробке с дурацкой этикеткой рекламы фабрики "Гомельдрев". Почему? На нем все тот же рисунок стула, и не более того.

"ОБЕРИУ-box" находится в следующих государственных собраниях:

Россия
Российская национальная библиотека, Санкт-Петербург

Великобритания
Британская библиотека, Лондон

Германия
Саксонская государственная библиотека, Дрезден
Государственная библиотека Берлина, Берлин
Институт Славистики. Кельнский Университет, Кельн

США

Музей современного искусства (МоМА), Нью-Йорк
Публичная библиотека, Нью-Йорк
Библиотека Чепин (Chapin Library), Виллиамстаун, Массачусетс
Библиотека по искусству, Университет Индианы (The Lilly Library), Блумингтон, Индиана