Приходится с грустью констатировать, что существует проблема эффективности знаков и символов "городской" памяти в современной отечественной культуре запоминания. Может быть это связано с деидеологизацией, естественной реакцией на тоталитарные практики управления массовым сознанием. Возможно, задаваясь вопросом - где, как и когда современный город прикасается к искусству памяти, мы непроизвольно вступаем на территорию отношения памяти и власти... Однако на пути становления гражданского общества возрастает ценность непосредственного личного жеста исторической рефлексии, добавляющего осмысленности, освоенности и психологической комфортности общественным местам.

Городская среда как квинтэссенция социального представляет максимально экстенсивный случай бытования искусства памяти. Тем самым, в рамках проекта 4-й биеннале заполняется вся масштабная линейка пространств воспоминания: от приватности альбома через "камерность" музея к публичности памятника.

Предметом программы становится событие памятника, понимаемое как выразительный момент сцепления действия с мемориальным знаком, возможный в различных фазах существования - при закладке ли, создании, открытии или взаимодействии с имеющимся памятником. Это - момент активизации материального следа времени во внешнем пространстве, ситуация овнешнения коллективного бессознательного. Здесь мы равно озадачиваемся как событийностью памятника, так и памятованием события.

Движимые на этапе прояснения границ искусства памяти таксономическим "натуралистским" интересом к многообразию видов жизни меморативного знака на открытом воздухе, мы обращаемся к художникам, дизайнерам, архитекторам, культурологам, работникам музеев, в-общем - к представителям разнообразных гуманитарных практик, с предложением представить на свободной территории "Площади мира" проекты "событийных памятников". Предполагается, что это такой род произведения, в котором может соединяться материальный объект любого жанра публичной памяти с осмысленным действием в любом жанре искусства представления - перформансе, хэппенинге или акции.

Площадь Мира

Феномен памятника во-многом конституируется понятием "духа места", genius loci. "Дух" нашего места обладает довольно уникальной спецификой - будучи однажды поименованной при советской власти, площадь Мира (почтовый адрес красноярского Музейного центра) вступила в эпоху "переозначивания", смещения смысла, к счастью, многозначного русского слова "мир": от брежневского "миролюбия" к космополитической амбиции отдельной культурной инициативы. Мы оказались на пути к парадоксальному "мировому месту" - "не-месту", если понимать последнее в феноменологической традиции насыщенного конкретными чувственно-историческими значениями локуса. Мы понимаем предостережение Поля Вирилио о том, что "история пишется в локальном времени регионов и стран, то есть в памяти населения" и - что "сегодня мировое время, реальное время, жизнь имеет доминанту и стремление разрушить важность локальных времен, которые делали историю с незапамятных времен". Мы подозреваем, что на утопической "площади Мира" каким-то особенным образом может отпечатываться как память мира так и память других мест. (Другой француз Поль Рикер утверждал, что "утопия строится на памяти о том, что мы еще не осуществили") Скорее всего, и события, с которыми будут связаны наши памятники, должны обладать специфичным характером...

Кому "здесь и нигде" ставятся памятники? И что это за памятники? Для приближения к ответу на эти вопросы у нас имеется один очень заманчивый "след", драматично "потерянный" на "площади Мира" в тридцатых годах "прошлого" века. В процессе жестокого "переименования" Старобазарной площади, места зарождения города, первым делом была сметена могила выдающегося путешественника Николая Резанова, инициатора и несчастного начальника первой российской кругосветной экспедиции, который на обратном пути из солнечной Калифорнии умер на полдороге, в Красноярске в 1807 году. Весьма символично, что Красноярск - срединная точка России, стал последней чертой, границей, на которой остановился "строитель российско-американского моста". Так на "полпути" нашел, а затем потерял свой вечный покой один из первых российских романтиков, оставив нам образ навигатора, проложившего своей историей исключительную траекторию в пространстве и времени.

Любопытно, что поводом для сноса "кругло-квадратного" монумента командору стало доставляемое им неудобство для приземления "красных навигаторов" - членов аэроклуба, прыгавших с колокольни на парашюте. (И - что характерно, через четверть века сама церковь была снесена опять же под предлогом заботы о юношестве - на ее месте решено было построить Дворец молодежи).

А если вспомнить о казусе с эпизодическим появлением на площади Мира бюста "ненастоящего" генсека Черненко, может возникнуть шальная мысль о заговоренности места исчезающих памятников. Таким образом возникает представление о специфическом свойстве присутствия отсутствующего памятника.

Проявляя "любовь к отеческим гробам", мы вплотную приближаемся к сущности нового типа памятников, если попробуем представить площадь как территорию, среду навигации. В таком повороте идентификации "мировой" площади проблематизируется важнейшее онтологическое свойство памятника - укорененность "в земле", принадлежность месту. Он трогается (или страгивается) с постамента... Возможно 5 июня 2001 года произойдет достаточно редкое событие - открытие навигации Памятников. Очень кстати, что ровно в этот день исполняется двестивосемнадцатая годовщина с момента, когда братья Монгольфье запустили над рыночной площадью родного городка первый воздушный шар, наполненный горячим дымом.

При некотором воображении - сама площадь может стать объектом навигации: горизонтальный овальный "Медальон Резанова" "дрейфует" по площади Мира (на юг), проходя "оставшуюся половину пути". Куда летишь русская "двойка" - что если "в сторону исполненности пространством и драгими зверьми бесценными".

По мнению Роберта Фладда, специалиста в области искусства памяти, жившего в XVII веке, последнее возможно только в двух видах: "круглом" и "квадратном". Если круглое опирается на мир "естественного" - идеи, дух, тени, и оперирует "естественными" местами, то квадратное - на мир "искусственного", на архитектуру "искусственных" мест и образы телесных вещей. В этой перспективе глубоким смыслом наполняется сочетание круга и квадрата в значке носорога - символе четвертой биеннале - праздника встречи "непроизвольности воспоминания с необходимостью мышления". А по догадке известного носороговеда Ионеско, Бог - овальный.

"И корабль плывет" (E la nave va), "запоминая" непотопляемого носорога...

Программа "утопических памятников" открывает сферу "круглого" искусства памяти - когда естественные силы неба, земли и воды привлекаются в союзники для "воспоминания на открытом воздухе" и пробуждения мечты. И может быть удастся вспомнить, как говорил один сибиряк XVII века, что "воздух над нами весел"...

Наш горизонт парит "духами мест", "воскурениями оракула", "дымами отечества" и миражами родины.

В итоге, не мешает заметить, что тема данной программы устроена по "матрешечному" принципу - каждый из пунктов словосочетания "памятники площади мира" в равной мере подлежит концептуальному, а значит - инновационному, переосмыслению - формулируется тройственная задача: эфемерный монумент, утопия места и чувство мира.

К морфологии памятников-событий

Давайте обратим свой непредвзятый взгляд на сложившиеся формы "овнешнения" памяти и неожиданные способы их актуализации. При первом приближении просматривается достаточно обширное поле сакральных и профанных знаков, в которых мы предполагаем обнаружить ресурс новизны и душевного трепета.

- Виртуальный монумент - укутывание, обряжение, упаковывание антропоморфной скульптуры не раз освежало восприятие, "открывая" новые возможности интерпретации.

- Мемориальная доска - есть волнующий контраст между легкомысленным лирическим событием и посвященной ему тяжеловесной формы настенной плиты. След легкого дыхания времени.

- "След звезды" - как не вспомнить забавную традицию Сансет-бульвара в Лос-Анджелесе, когда знаменитые артисты встают на четвереньки на мягкую пластичную поверхность тротуарной плиты. Происходит "закатывание" звезды в мягкую плиту памяти.

- Закладной камень - как знак будущего монумента, знак знака.

- "Ракета" - замурованная в стену капсула с посланием в будущее. Диапазон адресатов достаточно велик: от комсомольцев 2017 года до братьев по разуму, натолкнувшихся на космического странника "Вояджера"...

- "Пушка" - возможна ли эмоциональная конверсия всех этих танков, самолетов, броневиков, паровозов и першингов?

- "Секретик" - стоит присмотреться к детской игре в закапыванье кладов "через стеклышко".

- Граффити - анонимные надписи на городских поверхностях сродни татуировкам.

- Вечный огонь - как костер Неизвестного. И вообще - естественные стихии ветра, звука, воды, растений открывают один из самых непосредственных каналов воодушевления памятью.

Мы не претендуем на исчерпанность классификации "внешних" форм воспоминания. Охотно допускаем возможность существования других типологий. Но так или иначе меморативная инновация опирается и отталкивается от выработанных культурных норм.


Условия участия

К участию в конкурсе приглашаются государственные, общественные, частные музеи, галереи и художники, а также иные организации, ведущие экспозиционную деятельность в сфере культуры.

Организаторы биеннале обеспечивают возможность "возведения" "памятника" в различных пространственных измерениях специально оборудованной открытой площадки перед входом в музей. Так, по желанию участников, объект может быть размещен на горизонтальной или вертикальной поверхности, а также - поднят (подвешен) над землей. Могут быть рассмотрены и специальные предложения. В целях упорядочивания пространственного решения экспозиции "памятников" участникам предлагается оперировать площадкой 100Х100 см. (что сопоставимо с обычными размерами постамента городской скульптуры). В некоторых случаях рассматриваются пожелания по увеличению территории.

Мы ожидаем свободного использования различных материалов и технологий для создания объекта и/или манипуляций с ним. От жесткого до мягкого, от вечного до эфемерного.

Для участия в отборочном туре экспозиционного конкурса необходимо заполнить типовой бланк заявки с приложением иллюстративных материалов (рисунки, чертежи, 3D-модели или фотографии) и развернутого описания (по желанию) проекта и выслать его на адрес оргкомитета.

Если необходимо специальное оборудование, инструменты, оформительские материалы и др. дополнительные услуги, они могут быть предоставлены по согласованию с организаторами биеннале.

Заявки на участие в конкурсной программе "Памятники площади Мира" необходимо отослать не позднее 15 апреля 2001 года по почтовому штемпелю, по адресу:

660097, Красноярск,
пл. Мира,1, Красноярский музейный центр,
ответственному секретарю биеннале Екатерине Александровне Ульверт,
телефон (3912) 23-98-96,
e-mail: katya@muzey.krsn.ru

Отбор проектных заявок для участия в конкурсе будет осуществляться советом кураторов Красноярской музейной биеннале.

Согласование места, площади и окончательных физических параметров "памятника" производится на основании полученной и принятой заявки в процессе коммуникации с кураторами.

Организаторы биеннале оплачивают питание одного представителя от каждой принятой к участию экспозиции.

Для покрытия организационных издержек вводится регистрационный взнос в размере 300 рублей от каждого участника биеннале.

Порядок работы международного экспертного совета

Для оценки участвующих в конкурсе экспозиций кураторами биеннале формируется совет из ведущих отечественных и зарубежных специалистов в области культурологии, музееведения и современного искусства.

По результатам работы экспертного совета участникам конкурса присуждаются:

- Первая премия и Диплом призера
- Вторая премия и Диплом призера
- Третья премия и Диплом призера

Все участники конкурса получают Диплом участника IV Красноярской музейной биеннале